Они коротко рассмеялись, но за этим смехом вновь повисла неловкая пауза. Луке было не по себе от мыслей о том, что эта школьница может всерьёз рассчитывать на что-то большее.
За соседним столиком родители, видимо, устроили сюрприз дочке. В её улыбке не хватало одного зуба, и дородный пират метил на неё подзорной трубой.
— Морские черти меня унеси! — воскликнул не лучший в округе актёр. — Что за пробоина в этой милой улыбке!
Мама что-то нашептала дочке на ушко.
— Последний молочный, — робко ответила девочка.
— Только не говорите, прекрасная дама, что его забрал у вас злой губернатор.
Девочка похвасталась зубиком.
— Вот и хорошо. Держите его в сундучке, — пират протянул изрисованный футляр, в таких обычно хранят обручальные кольца. — Как я берег в нём сокровища…
Диана отвернулась от маленького представления и растроганно улыбнулась Луке.
— В её возрасте мечтала о такой подзорной трубе… Надо же, только сейчас вспомнила, что никогда не смотрела на Луну через телескоп.
— Почему же? — удивился Лука.
— Просто… недавно поняла, насколько сильно она меня манит, — смущённо призналась Диана.
— Похоже, у нас есть общее увлечение. Я одолжу тебе телескоп в ближайшее полнолуние.
— Одна я его обязательно разобью. За моим домом есть прекрасный холм. Чем не повод для нашей следующей встречи? Приедешь?
— И дать тебе второй шанс меня захомутать?
Они оба рассмеялись искренне и легко.
Кофейня и вправду была уютной. Диана теперь не замечала, как сумерки за панорамным окном быстро поглощали улицу.
Глава 10. Тёмная сторона луны
Магазин восточных сладостей, хоть и был уже закрыт, всё ещё благоухал мёдом и орехами. Витрина отсвечивала карамельным стеклом, за которым вечерняя улица рассыпалась мягкими огнями.
Мистер Хали склонился над прилавком, любовно приводя в порядок коробки с пахлавой, рахат-лукумом и финиками в сахаре. Рабочий день давно закончился, но он не торопился домой. Пропахшее сластями помещение было куда приятнее его пустой квартиры.
Он вздрогнул, когда за его спиной прозвенел колокольчик. В дверь вошла молодая женщина с кожей цвета молочного шоколада.
— О, простите! — воскликнул он, поспешно выпрямляясь. — Мы закрыты, а я, видать, старый ум, забыл двери затворить!
Женщина, внезапно появившаяся на пороге, на первый взгляд казалась обычной — разве что слишком уж изящно одетой для визита в столь непритязательную лавку.
— Нет, вы меня простите, — сказала она с тёплой улыбкой. — Я понимала, что поздно. Но подумала: вдруг мне повезёт. Ведь только от вас зависит, какой будет встреча с самым дорогим мне человеком.
Мистер Хали по-стариковски оживился, когда ему представился случай исполнить желание красивой барышни.
— Вы пришли по верному адресу, — без смущения похвалился кондитер. — Сладости — лучшее наполнение для свидания. Правда, боюсь, товар остался той же свежести, что и его продавец.
Он ожидал лёгкой вежливой улыбки в ответ, но вместо этого женщина рассмеялась звонко и безудержно.
— У вас очень заманчивый вид! — воскликнула она, борясь со смехом. — И, уверена, прекрасная начинка.
— Вы прямо как моя бывшая жена, юная леди. Она беспрестанно дразнила меня «пирожком».
Налюбовавшись поздней покупательницей всласть, мистер Хали направился за прилавок.
— Так какие вкусы у вашего дорогого человека? — спросил он, выкладывая ассортимент. — Простите за стариковскую бестактность, но… кем он вам приходится?
Женщина, проглотив последний смешок, на миг задумалась. Когда она заговорила, в голосе её прозвучало что-то почти искреннее:
— Мы столько всего прошли вместе. Я бы назвала её… сестрёнкой.
И тут её взгляд изменился. В блестящих глазах дрогнули хищные огоньки. Маска очаровательной клиентки дала трещину, но старик, увлечённый делом, не заметил преображения.
— Так значит, ещё одна юная леди, — продолжал он добродушно. — С превеликой радостью помогу.
***
Грязные окна автомастерской облеплял неоновый свет от соседних зданий. Тишина стояла кладбищенская. Только в углу мотал «головой» вентилятор, раздувая с бильярдного стола чертежи и схемы.
Диана вышла в центр комнаты, не решаясь заговорить. Щёки розовели от вечерней поездки на кабриолете. Ещё от волнения, стыда и неуверенности. Остальные девушки разбрелись по своим местам. Венера подмигнула с лукавой улыбкой.