— Ну что за солидная щёлка у нас тут?! — осклабился один из них. — Цыпа, не хочешь поразвлечься с настоящими мужиками?!
По всей видимости, это был главарь банды: ухо его закрывал приклеенный бинт, а глаз украшал круглый синяк.
— А если твой петушок захочет поглазеть — пусть платит десятку!
Королева звонко рассмеялась. Давно ей не встречались такие неказистые и самоуверенные подданные.
— Желаете, чтобы я проучил их?! — сгорая от ярости, спросил Чейз.
— Нет, — ответила Королева, не отрывая взгляда от банды. — Как ни горько признавать, в Столице ныне трудно найти стоящие сырьё. Мы соберём армию из самых тёмных её закоулков.
Она хищно улыбнулась в предвкушении триумфа. Этой ночью город вздрогнет от воя чудищ и кошмаров.
***
Комната была тёмной; лишь экран небольшого телевизора отбрасывал сине-белое свечение на лица. Диана и Меркурий сидели на полу, скрестив ноги и облокотившись друг на друга. Мари подтянула пульт за провод и щёлкнула им — канал поменялся, но поток боли и лжи не прекращался.
На экране развернулся большой пожар. Последний этаж высотки полыхал под хлёстким ливнем. Огонь вздымался ввысь, словно желал пожрать небо.
«…причиной возгорания и гибели постояльцев признана утечка газа…»
Диана не отводила глаз. Свет экрана рисовал на её лице рельеф, как на каменной маске.
Щелчок. Новый сюжет о метро.
«…мэр заявил, что детей, числившихся пропавшими, нашли у двоюродных родственников в пригороде. Также сообщается об увольнении лейтенанта охраны за систематическое пьянство…»
«Даже в эпоху информационного изобилия люди без раздумий глотают всё, что им бросают с экранов любимые политики, актёры, даже ведущие прогноза погоды, — думала Диана. — Те знают, в чём нуждается толпа. Что нужно ей, чтобы сладко засыпать и не бояться, что мир вокруг перестал быть прекрасным».
Меркурий что-то хмыкнула, снова переключила. Теперь — торговый центр: битое стекло, полицейские, красная лента, интервью с зеваками.
«…ответственность за погром взяла на себя антиисламская группировка…»
Меркурий, не выдержав, выключила телевизор и откинула пульт. Теперь обе девушки сидели молча в темноте, словно в капсуле. Они ещё не знали, что на них началась охота.
Где-то внизу, под городом, в месте, которого нет ни на одной карте, Королева шла сквозь полутемноту. У стены, среди мусора, полулежал подросток — бледный, как бумага, глаза мутные, дыхание сбивчивое. Он потянулся к ней, как к матери, и жадно раскрыл рот. Женщина вложила ему в губы чёрное зерно с дрожащим отростком, словно только что рождённое. Ладонь её накрыла его лицо.
Корни, будто живые, зашевелились под нежной бронзовой кожей руки. Они переплетались в мерзкие узоры, а подросток корчился в конвульсиях. Его плоть менялась — человеческое уступало место отвратительной сущности. И всё это ради служения своей госпоже.
Вдоль стены ждали другие. Они дрожали в предвкушении.
А спящий город наверху продолжал барахтаться в кошмарах.
Глава 15. Шрамы
Белоснежность тронного зала не давила. Архитектура без излишеств и мягкий свет создавали ощущение первозданной чистоты.
Именно поэтому Марс скривилась, заметив грязные следы, оставленные гостями. Видимо, на Земле у подножия Лунной тропы шёл дождь. Глава стражи бегло осмотрела дары землян и вновь вернулась к трону, на котором сидела принцесса.
«Она так и не привыкла к этой цельной глыбе хрусталя, — с жалостью подумала Марс. — Хоть седалище и изготовили по телу принцессы, так, чтобы они были едины. Не сам стул неудобен, а власть, которую он олицетворяет, давит на эту девочку».
Принцесса выдохнула, и по тысячам тонких нитей, впаянных в трон, понеслись светящиеся точки. Её пальцы едва касались подлокотников, но каждый нерв, каждый импульс девочки сейчас был вплетён в лунный престол. По сияющей паутине, оплетающей заднюю стену зала, разносились приказы хранительницы Луны. Вся мощь и знание её царства, всё влияние и уважение Земли были завязаны на единстве принцессы и её хрустального трона.
Оттого Марс не нравилось, что подобные гости удостоились чести оказаться здесь. Перед принцессой в глубоком поклоне стояла Королева Червей. Позади неё пятеро князей припали на одно колено, головы их были опущены в покорности. А у подножия трона выстроились телохранители принцессы — молчаливые и величественные, в доспехах, которые подчёркивали их совершенные лица и тела.
Марс наклонилась к самой щеке принцессы:
— Детей с малых лет приучают к оружию, возводят высокие стены, без меры рубят леса и плавят металл — всё ради мнимой защиты от природы. Ваша матушка не замечала, что человек изменился, принцесса.