— Нет. Домой я рано не собираюсь — сегодня финал по волейболу.
Диана даже сбавила шаг:
— Правда? С каких пор тебя интересует спорт, кроме скоростного сочинения сплетен?
— Забудь про зонт, — отмахнулась Лиза, глядя куда-то вдаль. — Сегодня дождя не будет.
Диана, чувствуя неладное в поведении подруги, оглянулась. Бледная луна всё ещё висела на небе, как призрак, напоминающий о тягостях ночи. Внутри кольнуло — что-то в этом дне уже шло не так.
Глава 3. Школьные друзья
Оживлённость школы шла на убыль, коридоры стихли. Одни счастливчики разбежались по домам, другие растворились по кружкам или спортивным секциям. И только бедняги из выпускных классов были вынуждены оставаться до вечера, дабы впитать в себя крохи знаний, которые помогут выжить на экзамене. Некоторые учителя, понимая, под каким давлением находились подростки, делали поблажки: отменяли домашние задания и сокращали уроки. Однако класс Дианы вяло и с неохотой рассаживался по местам. Они обречённо понимали: учителя Ковач остаётся лишь молить о пощаде.
Сама Диана пристроилась у приоткрытого окна, позволяя прохладному воздуху освежить мысли. Лиза подсела по соседству — как всегда, готовая к неожиданным разговорам. Пространное поведение её сгладилось, и она успела даже пустить парочку едких замечаний про густую подводку на глазах учителя и умопомрачительную причёску, в которой, если присмотреться, можно было найти бигуди, припрятанное ещё с начала холодной войны.
Диана выдавила ухмылку на позавчерашнюю шутку. А может, ей неделя? Месяц? Малозначительные воспоминания слиплись, как дешевые макароны. Дни идут сумбурной чередой, и их однообразие усугубляло мешанину в голове Дианы.
«Стоит задуматься и уже замяла обеденный сэндвич. Потерпеть немного — и вечер: горячая ванна, тёплое молоко и холодная постель. Интересно, одна ли я живу только для того, чтобы видеть сны?» — лениво размышляла она.
За окном хмурилось. Учительница Ковач — немолодая и грозная женщина — пыталась приструнить докучливого парня.
— Предписания директора — это не повод увиливать от моих уроков, — её голос звучал металлическим дребезжанием. — Последний месяц учёбы каким-нибудь образом дотерпите.
Парень недовольно буркнул:
— Уже одиннадцать лет терплю…
— А я, мистер, уже полвека мучаюсь, — отрезала Ковач. — Угомонились, или мы проведём дополнительные полчаса после звонка!
Учительница перевела тяжёлый взгляд на Диану и Лизу.
— Что касается вас, красавицы! Если с вашей стороны продолжат доноситься хихиканье и оханье, я буду вынуждена поручить вам уборку класса. После такого, уверена, ваша психика понесёт непоправимый урон!
Диана и Лиза обменялись взглядами и одновременно кивнули, изображая покорность.
— Вам повезло, что вчера наш старый ротатор наконец-то издох и залил тесты своей кровью, — оповестила всех Ковач. — Урок мог быть потерян…
Парень, поникший минуту назад, оживился:
— И вы бы нас отпустили?
— Маренна, вы моя опора и надежда в веке сумасбродной электротехники! — воскликнула учительница с едва заметной улыбкой. — Начинайте, моя милая Мари!
С последней парты поднялась невысокая девушка. Она перешла в школу совсем недавно, однако успела стать фавориткой не только у Ковач. Хоть Диана сама оказалась в классе лишь полгода назад, дружбы между новенькими не возникло. И причина была даже не в Лизе, которая на дух не переносила любимчиков учителей. Мари казалась скромницей, а ногти красила в синий цвет. Лиза считала её зазнайкой, но Диана знала, что за молчаливостью часто скрывается отнюдь не высокомерие, а неуверенность. Однако она терпеть не могла этот её взгляд — изучающий, цепкий, будто новая новенькая старалась прочесть её изнутри.
Мари прошла к кафедре. На её портфеле поблёскивал значок столичного океанариума. Говорят, её отец — лучший исследователь морских глубин в стране.
Парень от досады стукнул парту лбом. Лиза состроила подруге гримасу под названием «посмотрите, кто тут самая умная девочка в классе». Диана в ответ пожала плечами и повернулась к окну, подперев затуманенную голову рукой.
Пока Ковач передавала слово любимице, Диана наблюдала, как поднявшийся ветер теребит раскидистое дерево за лужайкой. На одной из раскачивающихся веток, как ни в чём не бывало, прохаживалась чёрная кошка.
Диана положила голову на локоть.
«Наверное, та блохастая стерва».
Послышался голос Мари, и Диана не могла не отметить его мелодичность и ласковость:
— Слава об этих великанах переродилась в легенды древних народов о морских чудовищах, любящих холод и мрак…