На ней был костюм-двойка в тонкую полоску и розовая шелковая блузка, в вырезе которой сверкала бриллиантовая подвеска. Аккуратная прическа и легкий макияж — эта женщина явно привыкла ухаживать за собой. Но Лерою показалось, будто она заставляла себя это делать: в ее облике просвечивала какая-то... нехватка любви?
— Как давно вы работали на миссис Харп? — спросил ее Лерой. Он машинально засунул руку во внутренний карман плаща — очень хотелось достать сигареты и закурить. Но он тут же одернул себя.
— Два года, — хриплым голосом ответила помощница. Затем подняла на него заплаканные глаза: — Вы сможете найти убийцу?
— Пока следы еще горячие — это значительно проще. — Он достал из кармана пакет для улик с запиской внутри. — Скажите, смогли бы вы узнать почерк миссис Харп в такой виде?
Помощница взглянула сквозь пластик на кусочек бумажки с неровными заглавными буквами.
— Не похоже на ее почерк. У нее был мелкий, «компактный»...
— А у кого мог быть такой? У ее любовника?
Женщина покачала головой:
— Я с ним не знакома. — Она задумалась на секунду, а затем спросила: — Вы арестуете его?
— Задержим на время. Наши сотрудники уже едут к нему. Его ждет допрос в участке. Кстати, какая у вас группа крови?
— Вторая отрицательная. А что?
— На некоторых вещах в номере — следы крови. А камеры наблюдения зафиксировали, что в примерное время убийства в номер к миссис Харп независимо друг от друга заходили вы и мистер Тэттерс. Причем вы зашли после него. А затем горничная обнаружила труп...
— Вы думаете, это я ее убила?!
— Я имею право вас подозревать. Так что, возможно, домой сегодня вы не поедете. Скажите, о чем вы говорили с миссис Харп после того, как Тэттерс покинул ее номер?
— Ни о чем. Дверь в номер была не заперта, я вошла. Было темно. Я решила, что Вероника спит...
— Но теперь вы думаете, она уже могла быть мертва, так?
— Не знаю...
— Элен, когда после вас зашла горничная, она включила свет и увидела труп миссис Харп. Вы понимаете?
— Да.
— Что вы делали в номере без света?
— Ничего, я просто думала, разбудить Веронику или нет. Надо было решить какой-то вопрос. Я сейчас уже не помню. А тогда это казалось важным... — Слезы снова стали пробиваться наружу. — А эта горничная, она тоже под подозрением? — Вдруг спросила Элен.
— Да.
— Получается, мы все втроем — подозреваемые...
— Именно. И вам лучше сотрудничать со следствием.
Элен кивнула.
— Я могу поехать в участок? Может быть, я замечу что-нибудь странное в поведении Тэттерса...
Лерой задумался. Ну вот, очередная любительница криминальных сериалов. Но что-то было в ее лице — не просто любопытство, а... Страх?
— Конечно. Вы поедете со мной, — сказал Лерой, а затем подозвал подчиненную: — Детектив Джинкс, нужно вызвать мужа Харп из командировки.
***
Немного спустя Лерой вошел в комнату для допросов — небольшое помещение с серыми стенами, металлическим столом и стульями, привинченными к полу, и большим двусторонним зеркалом на правой стене.
Чарльз Тэттерс — любовник Вероники Харп, которого опознали по видеозаписи с камер отеля, ждал допроса. Это был мужчина сорока лет, опрятный, весь лоснящийся самолюбием. Он явно привык ко всему, на чем висит ярлык «люкс»: дорогой костюм, элитный одеколон, золотые запонки и зажим для галстука — весь его облик кричал о высоком статусе.
Он сидел за столом, положив на него сцепленные в замок руки. Явно нервничал: он посматривал по сторонам, будто боялся, что стены могут раздвинуться, а зеркало — лопнуть, и сквозь них в комнату ворвется весь штат участка, чтобы избить его.
Лерой сел на стул напротив Тэттерса. Представился. Затем сразу перешел к делу:
— Как долго вы встречались с Вероникой Харп?
Тэттерс заметно смутился. Еще бы — примерный семьянин, уважаемый бизнесмен.
— Два года, — пробурчал он.
— Она когда-нибудь рассказывала вам о некой записной книжке? Может, показывала ее вам?
— Нет, — Тэттерс помотал головой.
Лерой бросил на стол записную книжку в пакете.
— Посмотрите повнимательнее.
Тэттерс откашлялся, пригладил волосы. И спокойно ответил:
— В первый раз это вижу.
Лерой тяжело вздохнул. Этот тип будет отпираться до конца.
— Скажите, вы помните, какая у вас группа крови? — Лерой резко сменил тему.
— Конечно. Первая положительная! — Воскликнул Тэттерс, а затем, заметив удивленный столь горделивым тоном взгляд Лероя, добавил: — Я почетный донор больницы имени Томаса Джонсона!
— Понятно, — пробормотал Лерой. — Скажите, были ли у вас какие-то размолвки с миссис Харп? Особенно сегодня?