— Нет... Мы всегда ладили... Конечно, она переживала, что ей приходится довольствоваться ролью любовницы, но мы уже столько раз с ней это обсуждали.
— Вы никогда не причиняли ей вреда?
— Нет, вы что! Я не бью женщин!
— Что ж... Думаю, допрос можно закончить. Но отпустить я вас пока не могу. Нужно взять у вас анализ крови. В номере миссис Харп мы нашли несколько кровавых пятен.
Тэттерс не проявил беспокойства. Он слабо улыбнулся и сказал:
— Конечно. Я привык сдавать кровь.
Следующей на очереди была горничная отеля «Форд» — двадцативосьмилетняя Мария Гонсалес. Она нервно поправляла воротник униформы, выглядывающий из-под куртки.
— Мисс Гонсалес, расскажите обо всем, что вы делали сегодня в отеле.
— Да как всегда, — заговорила она с сильным мексиканским акцентом. Быстро и ритмично. — Убирала в номерах. Зашла к миссис Харп, а там... — Ее передернуло. — Никогда не думала, что увижу такое вживую, не по телевизору!
— Вы заходили к ней два раза. Сначала после Тэттерса, а потом — после Элен Джонс...
— Миссис Харп просила поменять белье! Говорила, что хочет спать на свежем.
Лерой задумался.
— Скажите, не видели ли вы на постели что-либо подозрительное?
— Нет, а что там могло быть?
— Ничего, это я так... А зачем вы заходили еще раз?
— Я забыла в номере свой спрей для уборки. Было очень неудобно беспокоить постоялицу, но мое начальство не любит, когда мы теряем такие вещи...
— И вы отперли номер своим ключом?
— Нет, дверь была не заперта.
— Понятно, — протянул Лерой. Хотя понятно как раз ничего и не было. — В номере мы нашли следы крови. У вас возьмут анализ.
Мария закивала:
— Si, señor!
— А потом решится вопрос о мере пресечения. Скорее всего, вас отпустят под подписку о невыезде до того времени, как будут получены результаты анализа.
Мария снова закивала. Лерой тоже кивнул — офицеру у двери, и он увел горничную. Лерой же какое-то время один сидел в серой мрачной комнате. Страшно хотелось курить.
«Еще нужно проверить всех подозреваемых на наличие порезов на коже, раз кровь была под ногтями жертвы», — подумал Лерой. — «И поторопить специалистов криминалистической лаборатории».
Лерой смахнул с плеча седой волосок. Что-то их многовато стало в последнее время. Да и как-то тяжеловато становилось бегать за преступниками... Стареет он, что ли? Сержант помотал головой. Ну уж нет, он не будет переживать из-за этого. У него же еще целая русая копна на голове!
Когда он выходил из комнаты для допросов, он увидел в коридоре Элен Джонс. Она стояла, скрестив руки, и нервно покачивалась. Допрашивать ее еще раз сейчас не было смысла, но Лерой отметил про себя, какой у нее был беспокойный взгляд.
***
Прошло три дня, которые Лерой провел в основном в попытке отвадить от себя журналистов и репортеров. Да и фанаты Вероники Харп не давали покоя. Они встречали Лероя по пути на работу и домой — бросались к нему и уверяли, что он просто обязан «отомстить» за их кумира.
В то утро Лерой проснулся не один — с мигренью. Она ввинчивалась в его голову ржавыми шурупами. С его нервотрепной работой этого стоило ожидать — не сейчас, так завтра.
Его разбудил звонок медэксперта с предварительным отчетом. Он подтвердил смерть в результате удушения. Но что-то там было не так со следами пальцев убийцы. Тот, похоже, надел толстые перчатки, и следы были неровные.
Лерой повесил трубку, медленно встал с кровати и прошел в кухню, стараясь не усилить боль резкими движениями. Но две шипучие таблетки аспирина сделали свое дело быстро — мигрень отступила, словно с головы сняли железный шлем с шипами.
Лерой оглядел небольшое помещение. С тех пор, как от сержанта ушла жена, забрав с собой серо-полосатого кота и пару серебряных ложек, он старался сохранять в квартире порядок. Насколько это было возможно с его стрессовым образом жизни. Все банки в шкафчиках он всегда подписывал, коробки плотно закрывал, а бутылки в холодильнике — поворачивал этикеткой вперед.
Затем он направился в ванную. На раковине аккуратно выстроились жидкое мыло, гель для душа и пена для бритья — всегда под рукой и почти без следов потеков. Он посмотрел в зеркало: нижнюю часть его лица испещрили мелкие волоски. Все же иногда Лерою хотелось нарушить привычный порядок. Может, не бриться сегодня? Легкая щетина придает ему шарма... Нет, у него под началом пять детективов, пара офицеров и двое гражданских работают. Надо выглядеть солидно. И прилично.
Лерой вздохнул. Вот бы надеть шорты-плавки и гавайскую рубашку, как делает его дядя Джон — бывший сантехник и любитель хорошенько выпить. Но тому уже пятьдесят семь, а Лерою недавно исполнилось тридцать шесть. Что-то рано он решил вести себя, как пенсионер.