Пора было собираться на службу, и, после всех водно-гигиенических процедур, Лерой достал из шкафа свой костюм благородного темно-серого цвета. Совсем не броский, в отличие от гавайских рубашек.
Лерой прибыл в участок со стаканом кофе из «Старбакса» и пирожными для коллег. Он чувствовал себя и окрыленным, и подавленным одновременно. С одной стороны, дело не выглядело особенно сложным и постепенно продвигалось. Но с другой — уж больно все шло гладко: как-то слишком нарочито легко удалось обнаружить ДНК убийцы и найти подозреваемых.
А еще из головы не выходила эта странная записная книжка...
В офисе его уже ждала детектив Джинкс. Казалось, у нее и вовсе не было личной жизни. Да и похоже, не очень-то она была ей нужна — всю свою энергию молодая подчиненная Лероя отдавала службе. Джинкс была для него надежной опорой во всех делах, как швейцарский нож — даром что родом из Канзаса.
— Мы получили результаты анализов, босс, — отчиталась она. — Это кровь Чарльза Тэттерса. Мы уже отправили к нему наряд.
Лерой кивнул. Но как-то недовольно. «Слишком легко» — опять пронеслось у него в голове. Тем более, что камеры видеонаблюдения в отеле зафиксировали тот момент, когда Тэттерс выходил из здания. А ведь после него в номер в первый раз заходила горничная и видела Веронику еще живой... Но допросить Тэттерса все равно надо было. В конце концов, он мог вернуться в отель через черный ход, каким-то образом пробраться в номер незамеченным камерами и убить свою любовницу до того, как зашла Элен Джонс.
— А что с мужем Харп? — спросил Лерой.
— Он только сейчас смог вылететь из Бостона. Там была чертовщина с погодой.
— Разберемся с ним потом, — ответил сержант.
Через пятнадцать минут Тэттерс уже снова сидел перед ним в комнате для допросов.
— Итак, Чарльз. Мы получили результаты анализа крови. Там, в номере и под ногтями жертвы — именно ваша, первая положительная!
— Не может быть! Мы с Вероникой не ссорились даже!
— Вы будете взяты под стражу. Вам понадобится превосходный адвокат! И о чем вы только думали...
— Но это был не я! — Тэттерс весь раскраснелся, будто был готов взорваться от возмущения. — У меня не было причин так с ней поступать.
Лерой снова бросил перед ним на стол записную книжку.
— Что теперь можете рассказать про это?
— Ладно, я... — Теперь Тэттерс побледнел, как труп висельника. — Эта книжка содержит информацию о влиятельных людях... Там есть мои конкуренты, понимаете? Я хотел... Рассчитывал... Вероника достала ее для меня у одного своего бывшего... знакомого.
Лерой довольно улыбнулся, слушая признание, которое лилось будто само по себе.
— Что за информация там зашифрована?
— Эти люди проводили теневые операции. В книжке их имена, денежные суммы и координаты банков, через которые эти операции проводились.
— Кроме ваших конкурентов... Чьи еще данные зашифрованы в книжке?
— Да разных людей... Бизнесменов в основном. Но есть и политики, которые получали взятки, — Тэттерс наклонился вперед и прошептал: — Вероника была готова на все ради меня, понимаете? Она на самом деле любила меня!
— А вы ее использовали...
— Да. Использовал... Но я ее не убивал! Она как раз хотела передать мне записную книжку и объяснить, как расшифровать ее содержимое . Но ей позвонили с незнакомого номера. Когда она закончила разговор, у нее было такое испуганное лицо...
«Так, нужно еще раз проверить ее смартфон», — подумал Лерой.
— И она велела вам уйти?
— Да она просто меня выгнала! А потом пришла горничная. Вероника попросила ее о чем-то, а я ушел.
— А эта записка? Это вы оставили? — Лерой показал ему бумажку.
— Это не мой почерк. Я не пишу заглавными.
— А чей?
— Не знаю... Неровный какой-то. Как будто писали на чем-то мягком или... Не знаю. Больше ничего не могу сказать без адвоката!
— Да вы и так уже достаточно сказали, — Лерой мрачно улыбнулся. — Вы же выкрали частную информацию о своих конкурентах и хотели их шантажировать — замечательное дело!
— Но я не убийца!
— Посмотрим. — хмыкнул Лерой, почесывая щеку. — А как вы вернулись в ее номер незамеченным?
— Я не возвращался к ней в тот вечер. Вы поймали не того!
— Придется вам посидеть во временном изоляторе, пока мы во всем разберемся.
Лерой встал, расправил плечи и вышел в коридор. Облегчения он не испытывал: Тэттерс никак не мог вернуться в номер после горничной или Элен Джонс. И еще, на его теле не обнаружили следов порезов ногтями. Как, впрочем, и у остальных подозреваемых.