Сержант направился в комнату отдыха, покурить, пока никого нет. Он зашел в небольшое помещение, прислонился к автомату со снеками и достал сигарету. Сотрудник охраны, конечно, увидит это через камеру наблюдения, но что делать — привычка!
Лерой доставал зажигалку из кармана пиджака, когда наткнулся пальцами на пакет с запиской. Он достал его и повертел в руках. «Как будто писали на чем-то мягком или...»
Тут сквозь голову Лероя как будто пролетела стрела:
«Или в темноте!»
Он быстро собрался и выехал к дому Элен. Один. Но, уже подъезжая к высокому бетонному забору с непробиваемыми воротами, он вспомнил, что забыл предупредить Джонс о своем приезде. Оставалось только надеяться, что помощница Вероники Харп сейчас дома.
Преодолев, казалось бы, целый эшелон охраны, он наконец оказался у просторного особняка с окнами во все стены. Тяжело, наверное, когда ты всегда на виду — подумалось Лерою.
Элен открыла ему дверь почти сразу, но каким-то заторможенным движением. Женщина явно только что встала с постели. Она была в шелковом халате, волосы собраны в неаккуратный пучок.
— Это ведь вы написали записку? — без вступлений спросил Лерой.
Элен посмотрела на него с благодарностью в глазах и кивнула.
— Что вы хотели мне сказать?
— Вы будете допрашивать меня в участке?
— Вы кого-то боитесь?
— Да, поэтому и оставила записку. Я не могла сказать всего сразу.
— Я это понял. Тогда поговорим здесь.
— Хорошо. Значит, она больше не увидит меня...
— Кто?
— Сара.
— Кто она?
— Горничная. Ее настоящее имя — Сара Миллер. Я сразу узнала ее, но должна была удостовериться в участке. Мы с ней вместе росли в приюте. Ее удочерили раньше меня. Некий бизнесмен. Но поговаривали, что он был мафиози...
— Значит, вы считаете, Веронику убила Сара Миллер?
— Я в этом уверена. Я знаю ее характер. Ее приемный отец наверняка затащил ее на кривую дорожку.
— Вы дадите показания в суде?
— Я боюсь...
— Можно сделать запрос на то, чтобы вас включили в программу защиты свидетелей.
— Я подумаю... Пожалуйста, только остановите ее! Я не знаю, за что она убила Веронику, но... Она способна на все.
— Я могу попросить начальство выделить пару офицеров, для охраны. Хотя у вас тут и так целая армия...
— Сара все поймет! Вдруг она следит за мной? Я теперь живу под фамилией своих приемных родителей, и Сара, кажется, не узнала меня. Но все же... — Элен нервно вытирала друг о друга руки.
— Я обязан это сделать. Вы ключевой свидетель. Тем более, что я должен быть уверен, что вы не обманываете меня, понимаете?
— Да...
— Я всегда буду на связи, звоните в любое время.
— Хорошо.
— И еще, Элен. Вы что-нибудь знаете про черную записную книжку, которую хранила Вероника?
— Нет.
— И вы не можете предположить, зачем она могла понадобиться Саре?
Элен помогала головой.
Лерой задумчиво пожевал губы. Мафия... У них обычно связи на всех уровнях. Возможно, кто-то из тех, чьи данные есть в книжке обратился к ним за помощью. И они отправили на это дело Сару Миллер...
— И еще, скажите, как она могла заполучить кровь Тэттерса? — спросил Лерой.
— Не знаю... Может он порезался бритвой в номере Вероники.
— Или сдавал кровь в больнице, — пробормотал Лерой, когда в его голове снова вспыхнуло озарение.
Лерой вызвал двоих офицеров для охраны дома Элен Джонс и направил своих детективов в больницу имени Томаса Джонсона. Они выяснили, что в это медучреждение не так давно устроилась уборщицей молодая женщина по имени Изабелла Рохас.
— Это наша Сара Миллер, определенно, — говорила ему по телефону детектив Джинкс. — Только немного внешность изменила — надела парик и очки. Здесь такой бардак, что она легко могла добыть любые анализы.
— Хорошо, отправляйтесь получать ордер, — ответил Лерой и нажал на красную кнопку на своем новеньком смартфоне — недавнем подарке подчиненных.
Сержант направился просить начальство передать дело в убойный отдел штаб-квартиры полиции города, чтобы те, в свою очередь, подключили ФБР.
***
Марию-Сару арестовали. Теперь она сидела за металлическим столом в наручниках.
— Сара, на этот раз вам лучше рассказать все так, как было на самом деле, — сказал Лерой и сел за стол напротив нее, готовясь к словесному бою.
— Я завидовала Веронике Харп. У нее было все...
— А ваш отец — он что, мало вам дал?
— Он никогда не любил меня. Все время пропадал на работе... Это не то, о чем мечтают девочки в приюте.
— Я понимаю, Сара, что вы боитесь. Но лучше скажите правду.
— Я завидовала ей, — повторила Сара. — Вероника Харп родилась и выросла в полноценной семье. Она не пережила и капли того горя, что пришлось вынести мне. Я видела ее по телевизору — такую счастливую, такую благополучную. Однажды я просто... Захотела восстановить «равновесие».