Самый младший стоял и виновато топтался на пороге кухни.
— А ты что делать будешь? — Настя чувствовала, как злость внутри неё шевелится и собирается в горький ком. — Опять процессом руководить, начальник?
Девочка повысила голос и сделала шаг вперёд. Может, ещё что она сказала бы, но тётя Гала тихо застонала и всхлипнула.
Настасья повернулась в сторону комнаты, где лежала хозяйка дома, и, сцепив зубы, взяла два пустых ведра:
— Дань, бери ещё одно — и пошли со мной. Сходим, пока не сильно громко.
Младший, в отличие от сестры, без лишних слов взял ведро и пошёл к выходу. Девочка ещё раз бросила гневный взгляд на старшего брата и скрылась за дверью.
Колонка находилась через пять домов — не так уж и далеко, но в этих условиях любой путь был довольно опасным. Дети шли, то и дело пригибаясь, слыша над собой свист. Вдалеке громыхало, но дети уже научились отличать отлёты и прилёты.
Возле колонки стояла старушка, которая часто поправляла некогда яркий, а теперь тусклый и застиранный платок на голове. Увидев детей, она негромко заохала и закачала головой.
— Ой, как же, как же, деточки, вы тут? — залепеталаона, когда Настя и Данил подошли ближе.
— Мы тут ненадолго, бабуль. Скоро заберут, — ласково ответила девочка, ставя ведро рядом с колонкой.
— А где же вы тут живёте? — не унималась старушка.
— У тёти Галы.
Женщина сплюнула на землю:
— У ведьмы-то?
— Да чего ж у ведьмы? — Настя улыбнулась и обернулась на дом, из которого они пришли. — Нормальная женщина. Просто в горе.
— Ведьма она! — зашипела старушка, наклоняясь к детям и с опаской глядя на дом Галы. — Знамо, она с чертями да нечистой силой водится. До войны всё-то к ней бабы бегали. Она пошепчет, отвару даст — и сразу ладится всё: скотина выздоравливает, дети не болеют, мужики в семью возвращаются. Ведьма, одним словом. Тьфу!
Женщина ещё раз сплюнула, будто это её могло уберечь от чар.
Настя еле сдерживала улыбку. Она сама была из большого города и знала, что ведьмы — это всего лишь выдумки. Не бывает их. Есть законы физики, есть природные явления. А потустороннего — нет. Но спорить не решилась: таким, как эта бабулечка, ничего не докажешь.
— Может, у меня пока поживёте? — Женщина убрала полное ведро, давая возможность детям наполнить свои.
Настя отрицательно покачала головой:
— Сивый сказал там его ждать. Оттуда заберут и увезут подальше. А вдруг не найдут? Нет, мы там поживём.
Женщина хмыкнула:
— Как знаете. — Она вытерла руки о юбку.
— Бабуль, а давай я тебе ведро помогу донести? Сил, наверное, уж нет самой всё таскать. — Настя добродушно улыбнулась. — Дань, подожди минутку.
Женщина удивилась, но спорить не стала. Кивнула только. Мало где сейчас воспитанных детей встретишь. Хотя война меняет людей.
— Хорошая ты девка.
Настя лихо взяла ведро и понесла к воротам, на которые указала женщина.
— Спасибо тебе. – Женщина ласково погладила Настю по голове.
—Возьмите пуговичку на память?—Настасья оторвала пуговицу от кофты и протянула старушке. Пуговица была яркая и красиво переливалась на солнце. – Я бы конфет к чаю дала, да нет их сейчас нигде.Вот. На удачу.
Старушка в смятении убрала пуговицу в карман своей вязаной кофты, взяла ведро и зашагала в дом.
— Странная она какая-то, — подытожил Данила, подставляя ведро под струю воды и оглядываясь на ворота, за которыми скрылась женщина.
— Они тут все странные. — Настя пожала плечами.
Над головами снова засвистело — слишком близко. Дети схватили вёдра, хоть они и не были наполнены до краёв, и побежали к дому.
В кухне никого не было. Неподалёку прогремел взрыв.
— Игорь? — Данила растерялся и, поставив вёдра, бросился по дому в поисках брата. — Игорь!
Тётя Гала, всхлипывая, сползла под кровать и махала детям, зовя их к себе. Настя остановила младшего брата, взяла за плечи и встряхнула, приводя его в чувства.
— Иди к тётке! Живо!
— Но Игорь!
— Я его найду.
— Нет, Насть, а вдруг… Мне страшно. Вдруг и вы… — Мальчонка прослезился, а сестра только ещё раз тряхнула его за плечи.