— Мы сейчас придём. Иди! — Она толкнула брата в сторону тёти Галы. Женщина помогла Даниле залезть под кровать и крепко прижала его к груди.
Ещё один взрыв — подальше, но не так далеко, как всем хотелось бы. Настя глубоко вдохнула, набираясь смелости, и выбежала из дома. Старшего брата нигде не было.
— Игорь! — позвала девочка и побежала в сторону сада.
Парень стоял на коленях около дерева, под которым сегодня утром дети нашли хозяйку дома. Он сидел спиной к сестре, опираясь на руки. Даже со спины было заметно, как его трусило. В тишине, которая наступила после очередного взрыва, слышно было только причмокивание. Настя замерла.
— Игорь, ты чего сюда выперся? — Девочка всё ещё не решалась подойти к брату, а он всё не оборачивался. — Ты дурак, что ли? Спрятаться надо! Данька там весь уже слезами и соплями умылся!
Обычно упоминание младшего заставляло упрямого старшего брата всё же заговорить с сестрой, несмотря на все возможные обиды. Но не сейчас. Он всё так же сидел, всё ниже и ниже склоняяськ земле.
— Игорь?
Настя медленно обошла брата и, шумно вдохнув, замерла. Игорь набирал полные ладони земли и с упоениемел её, не обращая внимания ни на сестру, ни на свист над головой. Девочка онемела от ужаса и пару секунд безмолвно наблюдала за старшим братом.
— Игорь? — тихо, не то позвала, не то спросила Настасья.
И в этот раз он отреагировал. Поднял на сестру глаза, дикие, полные злобы и голода, негромко зарычав. В этом рыке не было ничего человеческого. Зрачки его глаз были настолько расширены, что и цвета глаз не разобрать — тьма.
Прогремел взрыв, который, как сигнальный выстрел на скачках, дал команду — и Игорь кинулся на Настю. Чудом она успела добежать до дома и закрыть дверь. Брат ломился в неё с невиданной силой, так что петли еле выдерживали.
— Игорь! — крикнул Данила из-под кровати. — Впусти его! Ему страшно!
— Тётя Галя, держите малого! — завизжала что есть мочи девочка, спиной подпирая старую дверь.
Данила вырывался, а Настя, рыдая, держала дверь, из-за которой слышался рык.
Вскоре всё стихло. Не было ни взрывов, ни страшных звуков из-за двери. Только Даня плакал, уткнувшись лицом в плечо тёти Галы. Она тоже боялась вылезать из-под кровати, уставившись на дверь. Настя обернулась и выглянула в окно. У порога никого не было.
— Что там, дочка, — шёпотом спросила женщина, но этот шёпот эхом пронёсся по дому.
— Он… Он землю ел. – тихо ответила Настя. – И глаза у него… Не человеческие.
— Не выходи. То не брат уже твой.
— Как же не брат? — дрожащим голосом переспросила девочка. — Брат. Просто испугался сильно. Не в себе был.
Настасья медленно открыла дверь. За нею и правда никого не было — и только шагах в пяти от крыльца лежал Игорь, скрутившись калачиком. Девочка бросилась к нему, развернула к себе лицом и уложилана спину. Парень закашлялся, выплёвывая остатки почвы.
— А чего это я на земле? — хриплым голосом спросил Игорь, медленно садясь.
Сестра помогла ему сесть, отряхивая грязную кофту.
— Рвануло рядом, ты упал. Видимо, взрывной волной ударило и присыпало. Вот и наелся.
— Голова гудит. — Игорь почесал лоб и скривился.
— Может, контузило. Пойдём в дом, приляжешь.
Настя закинула руку брата себе на плечо, помогая ему встать и дойти до дома. Данила тут же бросился к старшему брату, крепко обнимая его и заходясь слезами. Только тётя Гала смотрела прищурившись, с опаской.
Настя хлопотала у старой плиты, которую с трудом растопила. Она толком и не знала, как её разжигать, но тётя Галаподсказала. Она уже понемногу отходила и старалась помочь такой старательной девочке.
Игорь крепко спал на панцирной кровати, которая отзывалась скрипом пружин, стоило парню перевернуться. Гала и Настя с замиранием сердца оборачивались на каждый скрип, но никто не проронил ни слова.
— Хозяйка! — послышалось из-за ворот.
Настя выглянула в окно.
— Дедушка какой-то…
Гала медленно встала со стула и, кутаясь в шаль, открыла дверь.
— Чего тебе, Егорыч? — крикнула женщина с крыльца.