Тетушка Стелл наклонилась к Девон и похлопала ее по руке.
— Когда настанет время, вы поймете, как вам быть дальше. Пути Господни неисповедимы, Девон. Делайте то, что должно, и не позволяйте никому вставать у вас на дороге.
— Даже Джонатану? Он не хочет и слышать о том, чтобы я продолжала расследование. Он желает сохранить репутацию Стаффордов незапятнанной.
— Ерунда все это. Флориан Стаффорд не единственная паршивая овца в семейном стаде. Не обращайте внимания и продолжайте свое дело. — Стелл сжала ладонь Девон. — Если у моего племянника хватит сообразительности, он вам сам окажет помощь.
Девон обреченно покачала головой.
— Никогда он этого не сделает. Наоборот, он будет строить мне всяческие козни, чтобы меня остановить.
— Ну, для этого нужно время.
— За последние несколько недель мы часто были вместе.
— А потом Джонатан обозлился и разорвал с вами отношения…
Девон подняла взгляд.
— Это я обозлилась, когда узнала, что он скрывает от меня факты. Это я разорвала с ним отношения.
Тетушка Стелл улыбнулась.
— Что ж, понятно…
— Мне бы хотелось, чтобы того, что произошло со мной, никогда не происходило. Но теперь я не в силах забыть случившееся.
— Зачем же забывать? Если на то будет Господня воля вы узнаете, как действовать дальше.
Девон эти слова несколько ободрили, ведь именно таким образом она и поступала с самого начала — в соответствии с волей Творца. Она собралась сказать еще что-то, но заметила, что тетушка Стелл снова переключилась на созерцание трепыхавшихся за окном веток.
Девон с силой сжала руку старой леди.
— Мне пора, — тихо сказала она. Тетушка Стелл молчала. — Я ужасно рада, что мне довелось с вами познакомиться.
Старушка только улыбнулась в ответ и принялась раскачиваться в своем кресле взад-вперед, взад-вперед…
Глава 17
Пока Девон шла от тетушки Стелл, ее не покидало щемящее чувство жалости. Она оплакивала тяжкий жизненный путь Энни Стаффорд. На свой счет она была спокойна, поскольку знала наверняка, что ничего ей в ту злополучную ночь не привиделось и все, что произошло в Желтой комнате, было не менее реальным, чем унылый зимний пейзаж.
Отвезя Элвуда Доббса домой, Девон попрощалась с ним и поблагодарила за предоставленную возможность побеседовать с тетушкой Стелл. Она собралась было побродить среди руин родового гнезда Стаффордов, но пошел дождь со снегом, что было очень похоже на непогоду в день ее первого визита в это местечко.
— Боюсь, нам еще раз придется сюда приехать. — сказала она задумчиво водителю. — Сегодня мы провели здесь довольно много времени, и теперь я хочу отправиться обратно.
По пути домой Девон занесла в блокнот все, что удалось почерпнуть во время беседы с Элвудом Доббсом и тетушкой Стелл. К себе на квартиру она вернулась в самом конце рабочего дня и еще стояла в дверном проеме, когда зазвонил телефон. Пробежав по коридору, Девон успела подхватить трубку прежде, чем телефон замолчал.
— Ага, вот ты и попалась. Я просто обзвонилась тебе сегодня. — Это была Марсия Уинтерс, ее литературный агент.
— Извини, Марсия, у меня выдалась очень загруженная неделя.
— И конечно, ты, не разгибая спины, сидела над «Следами»? — Девон отметила, что в голосе Марсии прозвучало раздражение.
— «Следам» я посвящаю утро. — Честно говоря, это было преувеличением, но заканчивать роман так или иначе было необходимо. Она еще раз пообещала себе взяться с утра пораньше за недописанную книгу, а потом переключиться на Стаффордский проект.
— Когда ты намереваешься представить книгу? Издатель уже начал дергаться. Не стоит портить с ним отношения.
Девон подумала с минуту, пытаясь представить себе объем предстоящей работы, потом сказала.
— Дай мне время до тридцать первого января. Обещаю, что готовая рукопись будет лежать на твоем столе в пять часов вечера.
— Хорошая девочка. — Подведя столь оптимистический итог, Марсия повесила трубку, и телефон сразу же затрезвонил снова. На этот раз звонила Эвелин Фрэнки, ее издатель. Беседа прошла примерно в том же ключе, что и с Марсией, еще более укрепив решимость Девон разобраться с долгами. Как только «Следы» будут дописаны, исчезнет проблема денег, а значит, можно будет все силы положить на работу над новой книгой, окончание которой представлялось теперь Девон главной задачей жизни.
Молчаливая роза.
Эти два слова пришли к ней неожиданно, как было неожиданным все, что так или иначе имело отношение к Стаффордскому проекту. Девон не смогла бы ответить на вопрос, почему решила остановиться именно на этом названии: просто она сразу поняла, что лучшего не найти.