«Нет, жив. Раз жив — значит, надо двигаться», — подумал он.
Пальцы дрожали, когда он упирался в землю, поднимаясь. Всё тело словно налилось свинцом. Слишком резкий вдох — и тут же колкая боль в груди. Ноги не слушались, колени подгибались. Он сделал несколько шагов и упал, тяжело ударившись плечом о камень.
Он хотел крикнуть, но из горла вырвался только сип.
— Где я?.. — прошептал он.
И только тогда вспомнил всё.
Тень. Высокий силуэт. Голос, который прожёг сознание:
«Я не знаю, почему я тебя ещё не убил…»
И взрыв.
Огненный язык, который почти достал его спину, когда он прыгнул в сторону. Если бы задержался на миг дольше — от него не осталось бы даже кости.
Он зажал рот рукой и заскулил, словно щенок.
Плакать было стыдно, но слёзы всё равно катились. Он понимал: его психика больше не справляется. Мир вокруг рушился. А он — подросток, обычный мальчишка, которому только пятнадцать. Ему бы сидеть дома, слушать музыку, переписываться с кем-то. А вместо этого — ночь, смерть и город-призрак, где каждый шаг может стать последним.
Он сидел так минут десять, потом поднялся и пошёл. Не знал, куда. Просто вперёд.
Улицы были мёртвыми. Ни одной собаки, ни одного шороха. Только ветер, который гонял по асфальту бумажные клочки. Фонари давно не работали, но луна давала достаточно света, чтобы различать очертания домов.
На одном из заборов он увидел надпись: «Уходи». Буквы были неровные, выцарапанные чем-то острым. Мальчик провёл по ним рукой, и ногти заскрипели о ржавый металл.
«А куда уходить? Здесь ведь всё одно и то же…»
Он пошёл дальше.
В какой-то момент ему показалось, что за ним кто-то идёт. Он резко обернулся. Пусто. Только качался дорожный знак, ударяясь о столб.
Но чувство не отпускало. Оно росло, с каждой минутой крепло. Невидимая ниточка тянулась откуда-то из темноты прямо к нему.
«Он рядом… Он всегда рядом. Он видит меня. Он знает каждый шаг…»
Мальчик начал ускорять шаг, потом почти побежал. Сердце билось так, что каждый удар отзывался в висках.
Через несколько кварталов он наткнулся на дом. Полуразрушенный, с выбитыми окнами, похожий на гнилой зуб среди других зданий. Внутри темно, но оттуда тянуло холодом.
Что-то заставило его зайти внутрь. Может, надежда укрыться. Может, странное притяжение.
Он ступил на гнилые доски пола — те жалобно застонали. Внутри пахло сыростью и плесенью. Обои облезли, потолок был пробит, и сквозь дыру падал кусочек лунного света.
В углу что-то блеснуло. Мальчик подошёл и поднял предмет. Маленькая металлическая коробка, покрытая чёрной краской. Она была лёгкой, но внутри что-то звенело. Он открыл её — и увидел тонкие провода.
Сердце ухнуло вниз. Это была часть ловушки.
Он выронил коробку и попятился назад.
И тут услышал. Голос. Мужской. Глухой. Будто из-под земли.
— Скоро рассвет.
Мальчик замер.
Ещё один голос, низкий, сиплый:
— Уходим или ждём?
Потом третий. И снова первый — он узнал его. Холодный, чужой, будто лишённый эмоций.
Молчаливый.
— Ждём. — сказал он.
Мальчик не дышал. Голоса шли снизу. Из подвала.
Он лёг на живот и прижался ухом к полу. Сквозь щели пробивался свет — тусклый, жёлтый, как от свечи или лампы.
— Этот мальчишка… он видел тебя. — сказал один.
— Видел. — ответил Молчаливый.
— Почему не убил?
Пауза. Долгая. И потом:
— Не знаю. Но если он попадётся снова — всё закончено.
У мальчика перехватило дыхание. Он прикрыл рот ладонью, чтобы не выдать себя. Но доска под ним тихо заскрипела.
Тишина. Голоса стихли.
— Наверху кто-то есть.
Мальчик отпрянул, сердце билось так, будто готово вырваться. Он вскочил и бросился к выходу. Но за спиной уже раздались шаги. Тяжёлые, быстрые.
Он выбежал на улицу и побежал куда глаза глядят. Лёгкие горели, ноги подкашивались, но страх гнал его вперёд.
И вдруг он остановился.
Впереди, на перекрёстке, стояла тень. Высокая. Неподвижная.
Молчаливый.
Он не двигался, только смотрел. И мальчику показалось, что его губы шевельнулись. Но звука не было. Лишь лёгкий жест рукой — то ли «иди», то ли «проваливай».
Мальчик застыл.
И в этот момент где-то вдалеке прогремел взрыв. Земля дрогнула. Звуковая волна прокатилась по улицам. Молчаливый резко обернулся, а потом исчез за зданием, растворившись в дымке.
Мальчик стоял, дрожал, и понимал: он теперь часть этой игры. И выхода нет.