Выбрать главу

Наушник снова ожил:

— Ребята, умоляю, уходите! Он спускается вниз! Он уже на лестнице!

Но Роза уже стояла перед первым шкафом.
Она открывала дверцы так быстро, что казалось — ещё чуть-чуть и сорвёт их.

Папки, россыпь листов, фотографии, какие-то отчёты…
Она трясущимися руками хватала всё подряд.

Документы.
Странные диаграммы.
Списки имён.
Отпечатки пальцев.
Досье на людей — целые города.

И вдруг — толстая тетрадь тёмного цвета, потёртая по краям.

На обложке выведено слово:
«Личное»

Роза застыла, сердце колотилось.

— Виктор… это его дневник.
— Отлично. Бери и… быстро… Роза… РОЗА!

Она обернулась — Миша кричал в наушник:

— Он уже идёт!! Один охранник рядом с подвалом, и Молчаливый за ним! У вас секунд тридцать!

У Розы перехватило дыхание.
Она подлетела к Виктору, прижимая документы к груди.

Из коридора донёсся топот — тяжёлый, угрожающий.
Кто-то крикнул:

— ЭЙ! ЧУЖИЕ!
— ОНИ ТАМ!
— МОЛЧАЛИВЫЙ!!! СЮДА!!!

И всё завертелось.

— БЕЖИМ! — Виктор толкнул Розу вперёд.

Они выбежали из комнаты, бумаги едва не высыпались, но Роза держала их так, будто это её сердце.

Позади грохотали шаги. Кто-то выругался.
Кто-то кричал о том, что их надо поймать живьём.

Коридор дрожал от шума.

— СТОЙТЕ, ТВАРИ! — орали им в спины.
— Молчаливый! Они УБЕГАЮТ!

Они мчались, почти сбивая друг друга.
Миша кричал в трубку, его голос сорвался:

— ВПРАВО! РОЗА, ВПРАВО! ТАМ ЛЮК! БЫСТРЕЕ!!!

Роза едва повернула, заскользила по полу.
Виктор поймал её за локоть — и рванул вперёд.

Они увидели люк.
Тёмный, узкий, но спасительный.

Роза прыгнула в него первой.
Виктор уже следом — но…

Чья-то рука схватила его за ногу.

Жёсткие, холодные пальцы впились в кожу.
Виктор ударился о край люка, застонал.

Сверху раздался яростный рёв:

— ПОПАЛСЯ!!!

Это был Молчаливый.
Он тянул так, что казалось — сейчас вырвет Виктору плечо или ногу.

Роза внизу завизжала — первый раз за всё время:

— ВИКТОР! ДАЙ РУКУ!!!

Она ухватила его, пальцы поехали, но она вцепилась ещё сильнее — так, что побелели костяшки.

— РОЗА! — Виктор хрипел. — Не отпускай…
— НЕ ОТПУЩУ! НЕЕЕТ!

В этот момент сверху раздался ещё один голос — охранник.

— Босс! Держите крепче! Он почти ваш!

Молчаливый рявкнул:

— ОН МОЙ. Я ЕГО САМ УБЬЮ.

Виктор дёрнулся, почти выскользнул из рук Розы.

И тут же Миша, почти плача в трубку:

— Роза, пожалуйста, тяни!!! Виктор, бегите!!! УМОЛЯЮ ВАС!!!

Роза собрала всю силу — всю злость, весь страх.

— ТЫ СО МНОЙ!!! — она выкрикнула так, будто рвала воздух.

И рванула изо всех сил.

Нога Виктора проскользнула из руки Молчаливого.
Он упал вниз, прямо на Розу — они кубарем покатились по узкому тоннелю.

Сверху раздался яростный, нечеловеческий крик:

— Я ВАС ВСЕХ УБЬЮ!!!

Но они уже бежали.
Хромая. Спотыкаясь.
Но живые.

И документы были у них в руках.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 58 Точка где всë ломается

Виктор и Роза бежали, будто сама смерть дышала им в затылок. Сердца колотились так, будто вот-вот вырвутся из грудной клетки. Воздуха не хватало, ноги подкашивались, но страх толкал вперёд, заставляя срывать дыхание, сжимать кулаки до боли и искать спасение в каждом тёмном углу.

У Виктора дрожали руки. У Розы расширились глаза, зрачки были огромными — организм работал только на инстинктах. Они оба были в настоящем шоке. Молчаливый схватил Виктора за ногу — и этот момент прошёл у Виктора перед глазами снова и снова, пока они бежали. Запах подвала, кровь у него на руках, крик Миши в наушнике — всё смешалось в одну кошмарную петлю, из которой невозможно выбраться.

— Н-неплохо… — только и успела выдохнуть Роза.

И тут же её тело просто обмякло. Она рухнула прямо в руки Виктора, словно у неё выключили свет.

— Роза! — голос Виктора сорвался. — Роза, пожалуйста…

Он подхватил её на руки, как что-то дорогое и хрупкое, и побежал ещё быстрее, хоть мышцы и горели от боли. Он уже не чувствовал себя. Жил только одним — довезти её до дома Юли.


Когда Виктор ворвался в дом с Розой, все окаменели

Мальчик, Миша и Юля подскочили к ним одновременно.

— Быстро, сюда! — Юля раскинула всё со стола, освобождая место.

Миша трясущимися руками отцепил от Виктора наушник. Его губы уже побелели — он до последнего держал связь, смотрел через камеры, видел, как кто-то практически схватил их.