- Поверь, ему туда очень надо, - заверила с самым серьёзным видом Глориоза, успев поддержать подругу, не дав ей упасть и тем самым сбавить скорость передвижения.
Двое суток девушки почти ни о чём не думали, они просто развлекались, готовясь к балу. Олдама так была увлечена приготовлениями, что для грусти у неё не оставалось времени. Глориоза и Модеста шили костюмы и делали маски. Олдама с помощью комнаты дублирования размножала самые красивые драгоценные камни для украшений. Не скупясь на фантазию, экипаж «Миража» украшал свои платья и туфли жемчугом и камнями.
До начала бала оставался один час, когда все три, уже одетые в костюмы, собрались в гостиной «Миража».
На Глориозе было золотистое сари, на котором, словно из мозаики, по краю были составлены немыслимые по своей красоте и множеству цветов и оттенков узоры из драгоценных камней. Сари вышло тяжеловатым, но зато сверкало ярче радуги. Все драгоценности Глориозы были массивными и яркими, в тон её наряду. Из всего этого буйства красок на индианке выделалась лишь чёрная маска, скромно украшенная только мелкими, как бисер, чёрными камнями.
Модеста была в белоснежном платье из шифона, имевшем длинный и широкий шлейф. В отличие от дочери Индии, капитан «Миража» выглядела воздушным облаком. Её наряд украшали только белые и нежно-голубые бриллианты. Голову Модесты венчала диадема и густая белая вуаль.
Последней в гостиную пришла Олдама, одетая в бархатное платье бордового цвета с отделкой из белоснежного атласа. Платье напоминало наряд средневековой королевы, но выглядело верхом изящества и красоты, его оттенял крупный белый жемчуг и аметисты. Под цвет платья на Олдаме была и маска.
- Мы блестим и светимся, как неррийцы, - заметила Модеста, с удовлетворением посмотрев на костюмы, хоть лично её платье было не так обременено украшениями, как у подруг, оставаясь лёгким, со струящимися складками широкой многослойной юбки.
- Только в отличие от них, мы полыхаем всеми цветами радуги, особенно Глориоза, - добавила Олдама. – Может, из нас и получились неплохие портнихи, но с украшениями мы точно перебрали. Лучше я переоденусь во что-то другое.
Олдама уже повернулась, чтобы выйти из гостиной, но Глориоза схватила её за руку.
- Не вздумай этого делать! – запретила ей индианка. – В этом платье ты просто неотразима. А что до украшений, то я слышала, что териане, например, носят их на себе едва ли не пудами даже в будни. Ну, это у них такая национальная привычка.
- Я не заметила, чтобы Стелла проявляла особой склонности к драгоценностям, - пробормотала Олдама, невольно сникнув.
- Может, она исключение, - предположила Модеста, ей не нравилось, что сейчас вспомнили о терианке, ведь это могло опять негативно отразиться на настроении Олдамы.
- Ну, думаю, мы уже готовы и можем отправляться, - произнесла Глориоза и, оглянувшись, добавила: - Однако, где же наш кавалер? С его стороны не учтиво заставлять нас ждать.
Везувия вскоре обнаружили в одном из кресел в гостиной, где он отдыхал после плотного ужина. Потерянный Везувием шарик, который подобрала и унесла с собой Стелла, заменили на один из рубинов. Сейчас же, в честь праздника, на свинтуса надели роскошный ошейник из белого бархата, усыпанный мелкими бриллиантами. К ошейнику на золотых цепочках крепились пять бриллиантов, огранённых в виде капли воды. Его мордочку скрывала лёгкая маска льва, переходившая на шее в роскошную гриву. Пятачок оказался надёжно спрятан, и инкогнито Везувия могло быть сохранено, ведь куцый хвостик тоже скрывал искусно приделанный аксессуар в виде беличьего хвоста, а на лапки надеты бархатные сапожки. Вот и поди догадайся, кто скрывается под костюмом – кошка или собака. Свинтуса расчесали, и он находился в самом хорошем настроении, то есть не капризничал и не визжал.
Олдама и Глориоза взяли веера, Модеста подхватила Везувия, ошейник которого сочетался с её платьем, и все четверо отправились на бал-маскарад.
Во дворце герцогини Амертсон, сверкавшем огнями, собрались уже все приглашённые, и начался бал, когда маленький катер приземлился в стороне от поместья и три девушки двинулись по подземному ходу во дворец.
Оставив свинтуса в кабинете и закрыв дверь на ключ, экипаж «Миража» незаметно вышел в сад. В этой части сада было темно, но сюда долетали звуки весёлой музыки и смех гостей.