- Ох, Модеста, не поступаем ли мы неразумно? – вздрогнула Олдама и оперлась на руку Глориозы, как бы ища у неё защиты от незнакомых людей. – Может, вернёмся, пока не поздно?
- Нет! В этот вечер мы повеселимся! – радовалась Модеста, не в силах оторвать восхищённый взгляд от огней фейерверка и мелькавших в дали разодетых в разноцветные костюмы гостей, её как магнитом тянуло туда. – Надо же хоть изредка делать глупости, оставив на время дела и проблемы! В конце концов, людоедов здесь нет, и вас никто не съест.
- Если придётся ретироваться, в таких платьях резвость мы не покажем, - выразила вслух свою мысль Глориоза.
- Что за нелепые страхи! Мы же на балу у Лейлы, а не в логове врага. Ну же, смелее! Хватит бояться собственных теней. Теперь, когда и Левмер уже в курсе нашего продолжающегося существования, скрываться от остальных будет намного легче.
Сказав это, Модеста потянула подруг в освещённую часть парка, где гуляли и веселились гости. Никто во дворце, даже Лейла и Левмер, не знали, что на карнавал явится экипаж «Миража», а поэтому его не ждали.
В парке на одной из лужаек, ярко освещённой многочисленными огнями, прохаживались важные гости, которые из-за возраста или нежелания танцевать вели беседу друг с другом, пытаясь угадать под масками, шляпами, вуалями и капюшонами лица своих собеседников. На просторной, выложенной из малахита площадке, располагавшейся у парадного хода дворца, молодёжь кружилась в весёлом стремительном танце. Обилие живых цветов в костюмах гостей, а также их дорогие украшения радовали глаз.
Приблизившись к людному месту, Модеста на секунду остановилась, но лишь для того, чтобы осмотреться вокруг. Указав на танцующих, она сказала, едва не подпрыгивая от радости:
- Нам туда!
- Ты что, Модеста, там слишком много народа! – ужаснулась Олдама.
- Очень много, - поддержала её Глориоза.
- А что за удовольствие веселиться в пустом и тёмном месте? – спросила их Модеста. – Очнитесь, мы же на празднике, а не на похоронах! Даже если бы нас тут целенаправленно искали, в этих костюмах нас трудно узнать.
- Модеста права, - согласилась Глориоза, - но Лейле на глаза лучше пока не попадаться, а то, переживая за нас, она испортит себе всё веселье.
Левмер стоял на террасе возле ступенек парадного входа и смотрел на танцевавшую и веселившуюся молодёжь, среди которой кружилась и хозяйка бала. Управляющий оделся в охотничий костюм стального цвета и высокие чёрные сапоги. Шляпа с перьями и короткий плащ серого цвета, отороченный чёрным мехом, дополняли его наряд. Единственными дорогими аксессуарами его одежды были чёрный пояс, с висевшим на нём кинжалом в ножнах, украшенных агатом, и такой же камень в серебряном аграфе, державшем перья его шляпы. Левмер не надел маску и держал её в руках. Опершись на перила и глядя на веселившихся гостей, он размышлял о чём-то невесёлом.
Вот уже десять дней он знал, что бывшие телохранительницы герцога Амертсона не погибли, что они живы и ведут активную, но тайную жизнь. В эти дни он имел возможность общаться с экипажем «Миража», но по-прежнему не мог до конца свыкнуться с мыслью, что они спаслись и вновь посещают этот дворец. Он ещё многое не понимал в их жизни, но при этом переживал и за Лейлу, опасаясь, что это может вылиться в большие неприятности для неё.
Левмер ещё не побывал на Ниа-Нерри, в Лариндэ и в «Мираже», но по рассказам Лейлы знал, что всё это являлось нечто неординарным. Экипаж «Миража» успел поведать ему и Лейле о Стелле, девушке с голубой кровью, которую они спасли, и которая неожиданно сбежала от них десять дней назад. С этой минуты он и герцогиня просматривали все газеты – как электронные, так и эксклюзивные печатные варианты, - которые только попадались им на глаза. Они искали статьи о «Мираже» или где сообщалось бы о девушке, попавшей случайно в этот корабль и сбежавшей оттуда. Однако все средства информации молчали об этом. Даже каких-либо косвенных упоминаний не обнаруживалось.
Лейла, при упоминании о девушке голубой крови, носящей имя Стелла, заявила, что где-то уже слышала о терианке с таким именем. Но, как ни пыталась, не могла вспомнить, где именно их пути пересеклись. Левмер также чувствовал, что имя Стеллы ему о чём-то напоминает. А между тем беглянка Стелла как в воду канула: на Эдистере её следов так и не нашли.