Он вернулся, держа в руке флейту. Он передал эту флейту Айрин.
Инструмент выглядел так, будто был сделан из слоновой кости. Проведя по флейте рукой, Айрин взглянула на прикрепленную к ней бирку, где значилась сумма в десять шиллингов. Глаза Айрин встретились с глазами ростовщика, а он, склонив голову набок, рассмеялся и сказал:
— Это наша небольшая прибыль, но в вашем случае, мадам, — он понизил голос, — она стоит семь шиллингов и шесть пенсов. Вас это устроит?
Последние слова он сказал почти шепотом, и она кивнула. Затем, открыв рот и сделав усилие, она сказала:
— Спасибо.
— Мы всегда рады вас видеть, мадам. Очень рады. В любое время… в любое время. Я заверну ее. Это подарок для кого-то?
Она кивнула.
— Хорошо, поскольку грядет Рождество, у меня есть специальная бумага, — добавил он с улыбкой, — которую мы не всегда используем. Я сделаю небольшой сверток.
Вскоре он его сделал и еще закрепил край бумаги воском, а потом вручил ей сверток со словами:
— Я думаю, что тот, кому это предназначено, будет доволен.
Она замешкалась. Затем, медленно подняв руку, она протянула ее ему, а он так же медленно взял ее в свою и легонько пожал. Не было сказано ни одного слова, они просто смотрели друг на друга. Затем она повернулась и вышла из ломбарда. А он, глядя на нее, испытывал совершенно новое для него чувство, но просто не мог найти слов, чтобы выразить его.
Снег с дождем перешел в снег. Он падал крупными хлопьями и оседал на машинах и пешеходах, словно накрывая их белым чехлом. Только улицы выглядели темными и грязными.
Она шла уже в течение пятнадцати минут, когда наконец дошла до первого настоящего торгового центра. Она помнила, что бывала здесь раньше, и скорее интуитивно чувствовала, что именно она ищет. Она остановилась перед витриной, в которой были выставлены разнообразные зимние шерстяные изделия, от шапочек с помпонами и больших шарфов с бахромой до шерстяных джемперов, и даже был вязаный костюм на манекене. Она не стала задерживаться, чтобы рассмотреть все эти вещи, расположенные в витрине, а прошла прямо в магазин. Однако, войдя внутрь, она остановилась, а таявший на ее шляпе и плечах снег стекал по ее пальто. Постепенно привыкнув к яркому свету, она подошла к изогнутому прилавку, возле одного конца которого возвышалась длинная стойка с надписью «Половина цены. Освобождаем место для новой коллекции».
В магазине было очень мало покупателей, и девушка за прилавком внимательно посмотрела на появившуюся перед ней фигуру. Она не обратила внимания на длинное пальто и странную шляпу женщины, так как они все еще были в некоторых местах покрыты снегом. Она улыбкой поприветствовала Айрин и спросила:
— Да, мадам, чем я могу вам помочь?
Когда покупательница обвела рукой вокруг шеи, показывая, что ей нужен шарф, продавщица подумала: «Бедняжка, она глухонемая!»
Девушка сразу же повернулась к стойке и достала два шарфа.
Айрин видела, что они были длинные и связаны из толстых шерстяных ниток, а стоили они по пятнадцать шиллингов каждый. Она стала быстро подсчитывать в уме: ей нужны четыре шарфа, а еще у нее должны остаться деньги на подарки Белле и Джо. Она отрицательно покачала головой и жестами показала, что ей нужен более короткий шарф, а на шарфе показала, что и половины его длины будет достаточно.
Снег на головном уборе женщины и на ее плечах быстро стаял, и продавщица увидела, что пальто, хотя и было плотным и, очевидно, теплым, довольно грязное.
Айрин перевела взгляд на стойку, на которой увидела несколько шарфов, а продавщица, проследив за ее взглядом, сказала:
— Да, мадам. Они уценены более чем вдвое, но на некоторых из них бахрома есть только на одном конце. — И добавила с улыбкой: — Недоработки изготовителей, знаете ли.
Айрин кивнула и, подойдя к стойке, взяла один шарф, который был около восьмидесяти сантиметров в длину и пятнадцать-двадцать сантиметров в ширину, и да, бахрома была только с одной стороны. К этому шарфу был прикреплен ярлык, на который она взглянула. Заметив это, продавщица вышла из-за прилавка и сказала:
— Он стоит меньше половины отпускной цены, поскольку, как я уже сказала, здесь допущен брак. Эти шарфы идут по очень хорошей цене — по пять шиллингов.