— Она меня утомила, — Женя грузно падает рядом, откидывая голову назад.
— У тебя потрясающая племяшка, а ты потрясающий дядя. И будешь таким же потрясающим отцом. Не то что я, — бубню себе под нос, но выходит не так тихо, чтоб Женя не расслышал.
— Не прибедняйся, ты будешь прекрасной матерью.
— Я не чувствую в себе материнского инстинкта. Я не умиляюсь над видеороликами со смешными младенцами, а когда слышу этих мелких орущих созданий… Думаю с какой вероятностью на них может случайно свалиться груда кирпичей или ударить молния.
— Они все из себя выводят, — рассмеялся птенчик, смотря на меня как на наивного ребенка, который ничего в этой жизни не понимает. — Думаешь Ира ангел? Ева с ума сходила с этим чертенком. Потом она подросла, стала поспокойнее, но закидоны бывают.
Ира возиться в песочнице, играясь с игрушечным набором кухонных приборов. Леди нагло забралась на Женю, и сопит, свернувшись калачиком. Вижу, как к Ире подходит пацан и сыплет на голову и за шиворот песок. Женя хочет уже подойти разобраться с этим недотепой, но я его останавливаю, говоря, что это дети и пока вмешиваться не стоит. У них всегда так — поссорятся, а потом уже играют вместе.
Лебедева младшая удивляет своей стойкостью — вместо того, чтобы расплакаться, как обычному нормальному ребенку, она встаёт и проделывает тоже самое, что делал мальчик минутой ранее, а именно сыплет на него песок, а потом еще и толкает. Пацан хоть и приземляется на мягкое место, что собственно не должно причинить много боли, но все же решает призвать подмогу в лице матери своим плачем.
Вот сейчас стоит вмешаться.
Мы с Женей подходим, чтобы мирно урегулировать конфликт, но женщине абсолютно плевать на то, что ее ребенок мягко говоря первый начал. Чувствую, как Женя рядом закипает. Леди подхватив его настроение, начинает рычать.
— …и как теперь весь этот песок очищать? Ну, конечно, вам все равно, не вы же этим заниматься будете.
— Вообще-то будем, ваш мальчик сам на грубость напросился. Вы уж объясните ему, что если он не хочет получить, то пусть не нарывается.
— Они же дети! Он просто игрался! — продолжает гнуть свою линию.
— Он напросился! Чего он ожидал? Что она должна была сделать? По головке погладить? Пусть как мужчина отвечает за свои поступки, или иначе до скончания дней своих под маминой юбкой отсиживаться будет.
— Ему всего три…
— Вашему уже три, и он даже не в курсе, что обижать девочек — низко. А наша по-младше, и она знает, как постоять за себя, и я ею горжусь.
Мы кричим на весь парк. Не сразу замечаю испуганный взгляд Иры, что вцепилась мне в ногу, стараясь спрятаться от этого монстра в юбке. На крики приходит, видимо отец этого мальчика. Выяснив ситуацию, он извиняется от лица сына и жены, и просит попросить прощения у девочки. Я прошу сделать Иру тоже самое, дабы закрыть вопрос окончательно.
Как только семейка исчезает с поля зрения, чувствую, как кто-то дёргает штанину. Опускаю взгляд. Ира тянется ко мне. Стоит ей оказаться у меня на руках, как она сразу обвивает мою шею и прижимается так сильно, как только позволяет ей ее детская сила. Во время прогулки, она не очень горела желанием общаться и как-либо контактировать со мной, но сейчас она стала доверять мне.
— Я же говорил, что ты будешь замечательной мамой. Нашим детям повезет с тобой.
Нашим?
Глава 11
Вадим
Сон — эта привилегия, выпадающая мне нечасто. Из-за большой ответственности, мне приходится жертвовать своим отдыхом и работать-работать-работать. Кажется, что у меня даже на скорбь по родителям не было времени, потому что нужно было срочно вставать за руль и вести компанию отца вперёд. Последние восемь месяцев, как в тумане. Я должен был жениться, но поступил как кусок дерьма и изменил своей невесте.
Я долго думал, над тем, что случилось. Не знал, как правильней поступить, и решил, что самый верный способ — это рассказать обо всем Ане. Думаю, можно предположить, что бывшая невеста не была в восторге от моего рассказа. Я видел, как в ее глазах плескались разочарование и боль, но не мог ничего исправить. Видел, как что-то надломилось в ней, но я явно не тот, кто смог бы залечить ее раны.
Не знаю, как докатился до этого. Карениной даже восемнадцати не было. Я был первым ее мужчиной и это с ума сводит. Она такая нежная, чувственная, хрупкая, как фарфоровая кукла. С ней нужно аккуратно и нежно, нужно холить и лелеять.