— Ладно, ты тоже извини, просто ночь сложная выдалась, испугался что ещё в детскую комнату милиции загребут за массовую драку и хулиганство. Первый раз такое же.
— Будем надеяться, что и в последний. А когда у вас с этими отбросами матч?
— На следующей недели, в среду.
Сделав себе напоминание, возвращаюсь к готовке. Степан продолжает развлекать меня разговорами, рассказывает о команде, о тренере и в принципе о жизни в последние дни. И плевать абсолютно, что что-то из этого я мог уже слышать, мне просто нравится проводить вот так вот время с семьей. Не хватает только Мари и родителей.
Когда завтрак уже готов и стол накрыт, отправляюсь будить Алёну. Из-под одеяла виднеется бедро, и чуть оголившаяся грудь. Воспоминания о прошедшей ночи нахлынывают волной возбуждения, так что приходится собрать все крупицы своей выдержки в едино и не наброситься на девушку, как голодный хищник на жертву. Долгое отсутствие секса явно не идет на пользу, а прошедшей ночи мне мягко говоря мало. Но пугать девушку своим напором не хочу, поэтому приходится себя сдерживать.
От сладкого греха подальше, закрываю одеялом соблазняющие места и мягко целую ее. Рассыпаю поцелуи везде: щеки, губы, плечи, острые ключицы.
— Вади-и-им, — тянет она сонно, улыбаясь. Я отражаю ее эмоцию. Она потягивается, выгибаясь как кошка, а у меня чуть ли не слюни текут от созерцания всего этого. — Вадим? — Она оглядывает комнату, аккуратно заглядывает под одеяло и резко к себе прижимает.
— Все нормально? — аккуратно провожу по волосам, пытаясь создать хотя бы подобие порядка, однако они слишком не послушны, так как игнорируют мои действия и выбиваются ещё больше.
— Да, просто, не привычно как-то, — она опускает взгляд и краснеет.
И я понимаю почему. В прошлый раз ей чуть ли не сбегать из дома пришлось, так как домой вернулись Мариа с Аней. Да уж, не самая приятная ситуация, однако, в этот раз все будет по-другому. Я не заставлю Алёну переживать то, что случилось тогда.
Поддеваю лёгким движением подбородок и впечатываюсь ей в губы мягким поцелуем. Чувствую, как она задерживает дыхание, сначала напрягаясь всем своим нутром, а затем расслабляясь. Поцелуй нежный и лёгкий.
— Одевайся, завтрак уже готов, — говорю не хотя, оторвавшись от мягких губ.
— Ты приготовил завтрак? — в ее глазах искриться детский восторг и удивление, что заставляет мое сердце подтаивать.
— Да, и если мы не поторопимся, то Степашка все съест.
— Стёпа знает, что я здесь?
— Не волнуйся, он не против.
Я оставляю девушку одну и возвращаюсь на кухню. На присутствие Алены в доме, Степан лишь хитро улыбнулся, словно знал что-то такое, чего не знал я, сказав лишь: «Так вот какие у тебя дела вчера были», за что ему соответственно прилетел подзатыльник.
Алена сначала мнется, но затем заметно расслабляется, когда Стёпа вновь заводит разговор обо всем и ни о чем одновременно. Зарождается самая непринуждённая беседа.
— А где Мари? — мы с Алёной переглядываемся. Тянусь проверить телефон — ни сообщений, ни звонков.
— Вчера она просила приехать, но я отправила к ней Женю, может они вместе?
— Было бы хорошо, а то жалко парня — столько бегает за ней, а она нос свой воротит.
В этом я абсолютно солидарен с братом. Женя — отличный мужик. Он всю свою жизнь мою непутевую сестру любит, а он для нее просто друг. Даже меня это уже бесит. Его терпению можно позавидовать — не каждый способен на подобное.
Степан уходит собираться на тренировку, и мы остаемся вдвоем.
Подхожу к Алене, и она снова краснеет.
— Как спалось? — спрашиваю и играюсь с ее локонами. Они очень красивые, золотистые, мягкие. Мне просто приятно это делать, эдакий антистресс.
— Замечательно, — она пытается отвести взгляд, но я не позволяю. Уж больно интересно, что в этой головке светлой твориться. — Вадим, а то, что было… ну, ты знаешь. Мы теперь…
— Вместе, — заканчиваю за нее. Мы очень близко, она буквально в ключицу мне дышит, опаляя. Хочется еще ближе быть, но сейчас, важнее убедить ее, что у меня по-настоящему все, искренне, — я абсолютно твой, а ты моя. Или ты не хочешь? — страх липкой каплей на душе оседает. Неужели потерять боюсь? Настолько уже привязался?
— Нет, что ты, просто все так внезапно. Ну, знаешь, просто, в прошлый раз…
— Вышло не совсем правильно, — она кивает, и я понимаю, что нам пора бы поговорить об этом. — Ален, — беру ее за руки и замечаю, как глаза блестеть начинают, но держится она стойко, — ты очень важна для меня. Я понял это еще тогда, когда ты обнимала и успокаивала меня на этом самом месте. Не знаю, но что-то промелькнуло в сердце, голове, душе, что ты та самая. Мне хотелось бы попробовать. Если конечно ты согласна.