— А ты куда?
— Вручу тебя твоему кавалеру, как раз обсудить с ним кое-что нужно.
Ну, нужно так нужно. Не хочу лезть в эти дела… Нет, я вру. Мне любопытно. До ужаса просто, но я сдерживаю себя изо всех сил и просто молча иду на выход, держа старшего брата под руку.
На улице уже знатно похолодало и мои лабутены никак не спасают меня, а ничего другого, подходящего к платью не нашлось. Собственно, о нем: мой выбор пал на фиолетовое изделие платье с глубоким вырезом, открывающем вид на левое бедро и переходящим в шлейф. Лямки и линия груди украшены серебряными блёстками. Если уж его я покупала за день до свадьбы, так о какой обуви может идти речь?
Выходим из подъезда и подходим к темно-синему автомобилю, у которого курил засранец Лебедев. Стоило ему взглянуть на меня, как он тут же завис с сигаретой в зубах, медленно скользя по мне своими серыми глазами.
— А Жеку все-таки жаль, — говорит тихо братец, пока мы идем аккуратно до машины, дабы я ничего себе не сломала.
— Вадик, у тебя очень опасный синдром — ты повторяешься. Ты об этом уже говорил мне в квартире.
— Не я серьезно, вот как он поедет? Челюсть упала, член встал…
Бью его по предплечью, несмотря на то, что в такие моменты мы выглядим как Слон и Моська: какие-либо агрессивные действия по отношению к брату с моей стороны — выглядят жалко.
— Выглядишь потрясающе, — Лебедев берет мою руку и подносит тыльную сторону ладони к своим губам.
Не проронив больше ни слова, он открывает дверь авто и помогает мне аккуратно усесться. Однако сам не спешит — они с Вадиком отходят на пару метров от машины, о чем-то переговариваясь между собой. Новость видимо хорошая, раз Лебедев улыбается во все тридцать два и с горящим взглядом возвращается ко мне.
Мы доезжаем быстро. Сначала ЗАГС, где невеста говорит заветное «да», затем ресторан, где ждет более интересная программа. Меня лично привлекает программа подаваемых блюд. Я специально не завтракала, так как знала, что обязательно обожрусь на свадьбе.
Нас посадили с друзьями невесты, которых я, Слава Богу, знаю. Мне неприятно находиться с людьми, которые мне не знакомы на протяжении долгого времени. С ними приходится разговаривать, улыбаться, рассказывать о себе, о своей жизни. После того, как ты проходишь вынужденный этап — становится легче. Мне было бы неприятно проходить это на свадьбе подруги и постоянно чувствовать дискомфорт.
А вот Лебедева незнакомое общество ничуть не смущает, ибо стоит нам усесться на свои места, как все внимание он переключает на себя. За столом, кроме нас сидит две пары и две свободные девушки, которых я к счастью не знала, ибо их невероятно длинные ресницы и накаченное…все — нарушает мое личное пространство, и это, несмотря на то, что сидят они на противоположном конце стола. Откуда эти мымры вообще взялись? Мало того, так они постоянно пытаются привлечь внимание Жени, а он и любезничает с ними охотно.
Само торжество проходит чудесно! Хорошая музыка, еда, выпивка, что ещё нужно для полного счастья?
— Даже в конкурсах не поучаствуешь? — спрашивает, делая глоток сока, ведь ничего крепче ему нельзя, в отличие от меня.
— Мне не интересно это, я лучше здесь посижу, поем. Максимум ещё потанцую, но потом.
— Ты весь вечер ешь, еще не наелась? — изумляется Евгений, как будто о моей любви к еде в первый раз слышит.
— Я люблю поесть. Ведь на то живешь, чтобы срывать цветы удовольствия, — парирую я.
Тамада объявляет о перерыве в конкурсах и созывает всех на медленный танец.
Конечно же, Евгений клювом не щелкает и приглашает меня раньше друзей жениха, которые сидя за соседним столиком, весь вечер кидают на меня недвусмысленные взгляды.
The Weekend — Call out my name
Лебедев ведет меня на танцпол, разворачивает и притягивает к себе, располагая ладонь у меня на пояснице. Утыкаюсь ему в грудь и, кажется, только сейчас ощущаю нашу разницу в росте. Раньше она казалась мне незначительной. Боюсь смотреть на него, поэтому просто позволяю Лебедеву вести меня в танце, а сама сканирую людей вокруг: вот пожилая пара танцует, с неподдельным счастьем поглядывая на жениха с невестой, мужчина, что подхватил на руки маленькую девочку и кружит ее в танце, а она лишь задорно улыбается. Я даже знаю, что она ощущает в этот момент. Когда-то я танцевала точно так же со своим папой.
Натыкаюсь на Аню, которая многозначительно улыбается нам и показывает палец вверх, пытаясь быть незаметной.