Когда я нажала на кнопку «отправить», меня снова накрыло паникой. Я закрыла ноутбук и спустилась на кухню выпить чаю.
Спустя три часа, я все же решилась глянуть, не ответили ли мне. Открыла «Фейсбук» и сразу увидела, что пришло новое сообщение. Дрожащей рукой я кликнула на него.
Здравствуй, Летиция,
Я очень рада, что ты мне написала. Я давно пытаюсь понять, что же произошло в моей семье, разгадать эту путаницу из обид и недомолвок. До сегодняшнего дня некому было мне помочь, так что я рада, что есть неравнодушный человек, желающий выяснить правду. Я думаю, что о таких важных вещах стоит поговорить на личной встречи. Я живу в трех часах езды от Франции, вашего поселка. Почему бы нам не встретится на выходных, ты принесешь мне письма, все расскажешь подробно, покажешь дом. Ты смогла бы это сделать? В какой день ты свободна?
Меня охватило множество чувств, и я даже не стала пытаться расшифровать их, потому что знала, что они хорошие. Вот это да! Я была уверена, что Ирма мне не поверит, а даже если поверит, то не захочет говорить на эту тему, или не будет знать, что рассказать. На такое я не рассчитывала. Я срочно принялась писать ответ, пока меня не захлестнули все мои обычные страхи и тревоги.
Это очень хорошая идея. Можно встретится в субботу. Около нашего поселка есть статуя, вы найдете указатель на грунтовку, подъезжая к поселку. Это место было очень важно для ваших дедушки и бабушки, и там тихо, так что предлагаю увидится там после обеда, или когда вам будет удобно.
Я отправила сообщение. Ирма ответила через пять минут.
Отлично. Тогда до субботы.
Я нервно заходила по комнате. До субботы еще три дня. А мне уже страшно. Страшно не за то, что в нашей встрече может что-то пойти не так (я подумала о ее безопасности, но не о своей: вдруг маньяк как раз она?), а из-за того, что я все испорчу своим неумением общаться и знакомиться с людьми. Нужно подготовится за оставшееся время. Хорошо, что мне никто не будет мешать: я специально выбрала этот день, потому что папа с утра уедет в другой город. Как же это волнительно.
12
Готовится к встрече я начала только в пятницу вечером. Вымыла голову, чтобы хотя бы выглядеть прилично, потому что вести себя так я вряд ли смогу, как бы не продумывала свои слова и действия. Стоя в ванной, я протерла запотевшее зеркало и впервые попыталась оценить свой вид. Раньше меня никогда не волновала моя внешность, я ходила с всклокоченными волосами и кое-как одетая, не понимая, почему людей так волнует, как я выгляжу. Но сейчас мне почему-то было важно предстать перед Ирмой во всей красе, произвести хорошее впечатление. Почему это расследование с Хельмутом и Урсулой так меня впечатлило, что я даже стала меняться? Потому что я вижу себя в их истории? Наверное, да. Впервые в жизни я нашла кого-то, чьи проблемы похожи на мои. Я тоже молчу, когда нужно говорить и пытаюсь наказать себя за то, в чем не виновата, за свою болезнь.
Я легла спать в тревоге за наступающий ответственный день.
В субботу я пообедала в одиночестве и пошла к статуе. До грунтовки я почти бежала, но по ней самой начала спускаться медленно. Чем ближе я подходила, тем больше волновалась. Останавливалась от странных звуков, долго прислушивалась. Но оттягивать до бесконечно было невозможно. Вот я уже перед поворотом, за которым статуя. Я набрала в легкие побольше воздуха и вышла на площадку.
На окраине стояла женщина и смотрела на горные пейзажи. Я подошла к ней. Услышав шум гравия под моими ногами, Ирма обернулась.
— Привет! Я оставила машину на парковке сверху и дошла сюда пешком. Так красиво, — она улыбнулась.
Я разволновалась еще сильнее, и от этого не знала, что ответить. Стояла и рассматривала Ирму. Она была очень красивая. Высокая, статная, с белыми вьющимися волосами и удивительно синими глазами. Я никогда не смотрю людям в глаза, мне это неприятно, но этот ярко-синий цвет меня поглотил, и я не могла оторваться, не осознавая, что ей наверняка не по себе от моего пристального взгляда.