— Ну и что? — сказал он. — Это же не то же самое, Сергё. Это же Андрюха просто. Это обычная ссора.
— Да, — поддакнул Артём. — Обычная, бывает. Семья.
Сергей молчал. Смотрел на Андрея. На его широкую спину, на движения, на то, как он опускал руки, как старался говорить спокойно. Он знал этот образ. Знал, как начинается ссора. Как она может перерасти в крик. Как можно потерять контроль. Как можно ударить.
Он чувствовал, как внутри его грудь сжалась.
— Вы не понимаете, — вдруг сказал он.
— Чего не понимаем, чо такое, Серый? — спросил Игнат.
— Что ты можешь думать: «Я никогда так не сделаю. Тот не сможет. Андрюха в жизни не ударит». А потом — делаешь. Не потому, что ты плохой. Просто теряешь голову. И тогда уже поздно.
Он замолчал. Посмотрел на своих товарищей.
— Я знаю, что такое смотреть на женщину и понимать, что ты причинил ей боль. И я не только о том самом вечере. Знаю, как это живёт внутри. И если я вижу, что кто-то стоит на этом краю — мне страшно.
Артём кивнул.
— Ты прав, думается. Это страшно, наверное.
— Но ты же не собираешься вмешиваться, правда? — спросил один из мужиков. — Они же просто поссорились. Нормальная семейная ситуация.
— Никогда не бывает "просто", — ответил Сергей. — Никогда.
Он медленно пошёл вперёд. Остальные замялись, но не пошли за ним.
Андрей заметил его, когда тот подошёл к забору. Лена замолчала. Дети исчезли за дверью. Всё вдруг стало серьёзным.
— Привет, Андрюх — сказал Сергей.
— Привет, — ответил Андрей.
Они стояли друг напротив друга. Так же, как в первый день после освобождения. Только теперь между ними стояло не только прошлое, но и настоящее.
— Всё нормально? Не ссоритесь случайно?
— Нет. То есть… да. Но это не то, что ты думаешь.
Сергей кивнул. Он понимал.
— Я просто… просто хотел спросить... Пойдёшь с нами футбол смотреть?
Андрей посмотрел на него внимательно. Потом сказал:
— Серёг, всё нормально. Но спасибо что спросил. Про футбол я имею ввиду. Может и подойду.
— Хорошо.
Они постояли немного. Молча. Потом Сергей развернулся и ушёл.
Поздно вечером, после футбола Игнат сидел за столом с Артёмом и мужиками. Пили, курили, смеялись над чем-то. Но разговор зашёл о Сергее, который к тому времени уже ушёл домой.
— Ну ты посмотри на него, — сказал один из мужиков. — Пришёл, как герой сегодня,..
— Он просто боится, — сказал Артём.
— Откуда знаешь?
— Потому что он знает, как это начинается. И он знает, как это кончается.
— А Андрей? — спросил Игнат. — Ты думаешь, он смог бы Ленку… ну, того ?
— Думаю нет, он ведь тоже нёс в себе это. Я думаю, что всю эту ссору, как и каждую другую, он вспоминает тот вечер.
Тут Артём заёрзал на стуле, прикурил сигаретку и сказал:
— Знаете, что интересно? Все мы любим говорить: «Я бы не дал», «Я бы вмешался», «Я бы защитил». А на деле? На деле все мы стоим за забором. Говорим, что это не наше дело. Что лучше не лезть. Что кому надо — сам разберётся.
Он сделал паузу, раскурил посильнее сыроватую папиросу, и продолжил:
— А на самом деле мы все понимаем одно: если бы мы были на месте того, кого обвиняем, мы бы, скорее всего, сделали то же самое просто люди. Страшные, трусливые на деле. И очень смелые за глаза. Так вот.
Мужчины молчали. Потом один кивнул. Второй согласился. Третий просто допил пиво.
Сергей остался в деревне. Работал, как прежде. Иногда молчал, иногда шутил, хотя смех его стал другим — тише, глубже. Он не пил, завязал насовсем. Не дрался, работал. Медленно шёл вперёд, периодически оглядываясь назад.