Андрей тоже изменился. Он больше не боялся себя. Он любил своих дочерей так, как не любил никого. Он знал, что Лена — его опора, его свет. Он не позволял себе терять контроль. Он не позволит себе повторять чужие ошибки.
Они не стали лучшими друзьями с Сергеем. Но здоровались, общались, работали вместе. Иногда просто молчали выполняя вместе работу.. И в этом молчании было больше, чем в словах.
В один из вечеров Андрей сидел во дворе, точил косу. Лена готовила ужин. Дети играли в траве. И тут он услышал звуки аккордеона, доносившиеся с другого конца села. Кроме Серёги Казакова, в селе никто не играл. Андрей перевёл взгляд на дочерей. На жену. На свою жизнь.
Он не мог изменить прошлое. Но он жил дальше. Он учился. Он менялся. Он берёг.
И этого было достаточно.
Эпилог
Весна пришла тихо. Не с шумом ручьёв и не с гулом тракторов, а с лёгким дуновением ветра, которое принесло запах оттаивающей земли и первых побегов. Небо стало выше, деревья — мягче, а птицы, вернувшиеся из далёких мест, наполнили воздух своим юрким, беспокойным щебетанием.
Сергей пришёл к могиле Любы рано утром. Деревня ещё спала, только собаки иногда лаяли на рассветную тень, да где-то вдалеке скрипела колодезная цепь. Он принёс с собой старую тряпку, банку лака, кое какой инструмент, и немного воды в пластиковой бутылке. Молча опустился на колени перед крестом, который со временем потемнел от дождей и морозов, и начал работать.
Он аккуратно протирал фотографию на кресте, смахивал пыль и грязь с креста, потом покрыл его новым слоем лака — медленно, чтобы не осталось пузырей. Затем он убрал лишнюю траву и опавшие с осени ветки и листья.
Когда всё было сделано, Сергей сидел, опершись на край надгробия, как будто сил больше не было. Его взгляд застыл на фотографии Любы. Она смотрела на него так же, как раньше — тихо, с какой-то усталой надеждой, будто знала, что он придёт.
Он долго не отводил глаз. А потом вдруг замер. Как будто его сердце пропустило удар. Или наоборот — заколотилось слишком сильно. Руки задрожали. Грудь вздрогнула. И он безудержно, глухо, по-человечески зарыдал, уткнувшись лицом в холодную землю.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов