Девочка стояла в воде по колено, море бурлило и казалось живым. Тут она вдруг почувствовала, что волны будто тянут ее к себе, поднимаясь выше и пытаясь сбить ее с ног. Она ринулась назад, но не успела – очередная волна с яростью обрушилась сверху, полностью поглотив ее.
* * *
Проснулась Джоанна в холодном поту рано утром, в палатке никого уже не было. Выйдя на улицу, она сощурилась от яркого солнца и осмотрела бухту. Погода была хорошая, а море спокойным, и ничего, вроде бы, не предвещало беды, но на душе все равно было тревожно.
Уже издали девочка заметила, что на берегу вовсю трудилась команда «Попутного Ветра». Матросы шныряли туда и обратно, таскали бревна, натягивали тросы, работали молотками. Ими рьяно командовал капитан Хартголд, который порой и сам, не брезгуя, брался даже за самую грязную работу. Карла среди них Джоанна не увидела, поэтому решила присоединиться к Мистеру Бейкеру, который уже что-то начал стряпать под навесом на так называемом камбузе.
Когда она приблизилась к коку, то заметила, что он расстроен и обеспокоен поисками чего-то ценного. Джоанна не преминула поинтересоваться, в чем дело, и тут же получила исчерпывающий ответ:
– Ебический меридиан! – взревел он, с грохотом повалив кастрюли со стола. – Ты, Свиристелка, случаем, не видела такой маленький ножик? А? – спросил он, внимательно взглянув на Джоанну и показав ей размер приблизительно того ножа, который она украла вчера вечером.
Джоанна смутилась и покраснела, потерев шею. Странно, что он вообще заметил эту пропажу. Это казалось невозможным.
– Нет, не видела, – опустив глаза, ответила она.
– Черт возьми! Похерил любимый нож! Небось, опять какая-то паскудина утащила! Руки повыдергивать к чертям!
Совесть Джоанны довольно-таки быстро пришла в себя и уже казалась невозмутимой. Девочка, почесав затылок, усилием воли вернула себе прежний цвет лица и, потянувшись, нелепо зевнула.
– Вам, может, помочь чем-нибудь? – поинтересовалась она, уводя разговор в другое русло в надежде на то, что он не выведет ее на чистую воду.
Мистер Бейкер с подозрением взглянул на нее, но ничего не сказал, а лишь сунул ей в руки грязную сковороду и занялся своими делами, ворча себе что-то под нос.
* * *
К полудню Джоанна освободилась, да и у всех наступил небольшой послеобеденный отдых. Пираты лениво расползлись по палаткам, в тень от жгучего солнца. Даже неугомонный капитан, изрядно потрудившись, решил завалиться в гамак, прихватив с собой какую-то книжонку.
Джоанна долго высматривала Карла и случайно наткнулась на него, когда тот выходил из леса со связкой крупных веток. Он выглядел устало и измученно. Видимо, тяжелый физический труд был ему не по силам, ведь изнеженный маменькин любимец не привык к такой работе. Он небрежно бросил ветки к ногам и с укоризной взглянул на Джоанну:
– Прохлаждаешься, значит?
– Чего? – возмутилась Джоанна. – Ты, ты где пропадал все это время, Карл? Я волновалась.
– Пф… – закатив глаза, фыркнул юноша. – Волновалась она! За себя лучше поволнуйся. Ты застряла на острове среди кучки подлецов и негодяев, а командует ими еще более отъявленный мерзавец. Просто не жизнь, а сказка, – с ироничной улыбкой заключил Карл.
По-видимому, мальчишка очень быстро разочаровался в пиратской жизни, а сладкие обещания капитана показались ему ложью. Так как никакой романтикой тут даже и не пахло. Ни тебе приключений, ни тебе знойных красоток – ни черта.
Джоанна осуждающе посмотрела на брата. Она и без того понимала свое щекотливое положение, но от Карла она ждала поддержки и понимания, а не укор и насмешку.
– Скажи спасибо, что этот мерзавец, как ты его называешь, уберег нас от своих людей и увел корабль от шторма. Он, между прочим, уж погалантнее тебя будет.
– Ах, вот кого я должен благодарить! Ну что ж, спасибо! Право, не знаю, на что тебе пришлось пойти сегодня ночью, чтобы выклянчить для нас эту прекрасную привилегию – жить с комфортом на необитаемом острове среди отребья.
Джоанна вскипела и сжала кулаки – эти недвусмысленные намеки вывели ее из себя. Ее брови дрогнули, а грудь начала беспокойно вздыматься. Ей не хотелось ссориться и тем более драться, хотя, надо признать, руки у нее чесались уже давно, но вместо того чтобы хорошенько ему наподдать, она выбрала другой путь: