Когда мальчишки в спешке убежали из капитанской каюты, Генри вдруг приутих. Он стал немногословен и отчего-то даже немного скучен, что совсем было для него нетипично. Джоанна смущалась все это время, которое проходило в молчании, она то и дело предпринимала попытки разговорить собеседника, но он будто думал о чем-то другом и никак не шел на контакт. А когда обед подошел к концу, и капитан сделал последний глоток горячего грога и поставил кружку, то внезапно заговорил гораздо охотнее, но голос его вдруг стал неуверенным и тихим:
– За то долгое время, что ты была со мной Джоанна, я честно сказать, привязался к тебе. – Он смотрел на нее пристально и серьезно, потом тяжело вздохнул, поднялся с кресла и устало взглянул в окно, куда-то вдаль. – Я прекрасно помню, что я обещал тебе, но, несмотря на это, я все же втайне надеюсь, что ты останешься со мной. – Капитан оглянулся и застал Джоанну в полной растерянности. Она взволнованно дышала, вцепившись в стул, на котором сидела, и ее реакция его расстроила.
– В чем дело? Неужели я тебе совсем не нравлюсь?
Джоанна встрепенулась, ей ни в коем случае не хотелось его обидеть, и не потому, что он ее пугал, а скорее напротив. В последнее время она и сама начала понимать, что расставание с ним ей, возможно, дастся непросто, ведь каким бы злодеем ни был этот загадочный капитан Хартголд, а к ней он был всегда добр. Пожалуй, добр как никто, и это заставляло Джоанну грустить, потому что, как бы хорошо она к нему ни относилась, она не видела себя рядом с ним.
– Нет. Это не так... – Джонна неловко запнулась, будто стесняясь своих чувств. – Вы как-то неожиданно начали… Вам так не кажется?
– Прости меня, милая, – пожав плечами, ответил Генри. – Я не умею говорить красиво, когда дело касается чувств. Быть может, мы просто пропустим эту прелюдию, и я сразу скажу, что хочу, чтобы ты вышла за меня замуж?
Джоанна окончательно растерялась:
– Вы… вы же говорили, что мы с Карлом вам как... дети.
Капитан задумчиво почесал бороду:
– Ну-у-у-у, видимо, в этой ситуации без инцеста не обойдется, – усмехнулся он, разудало махнув рукой.
Джоанна вдруг покраснела так, как никогда в жизни, она робко опустила глаза и со стыда закрыла лицо руками. Генри подошел к ней совсем близко и, убрав ее руки, обхватил ладонями лицо девочки и заставил посмотреть себе в глаза:
– Что тебя так напугало, Джоанна? Не о таком муже ты мечтала, да?
Она вдруг вырвалась из его объятий и отбежала в сторону:
– Я… я не знаю, что и сказать. – Она растерянно взглянула на него. – Что обычно люди говорят в этой ситуации?
– Откуда же мне знать, Джоанна? У меня тоже сейчас многое впервые, и я напуган не меньше твоего, – растерянно ответил он, пожав плечами. – Ты просто скажи, что чувствуешь. И все.
Джоанна замялась, в затруднении:
– Но мы же о другом договорились с вами.
Терпение капитана Хартголда дало трещину, и он раздраженно вскинул руками и даже повысил голос:
– Брось ты это! Зачем ты так рвешься домой? Кто тебя там ждет?
Джоанну задели его слова, и она вмиг поникла, вспомнив о том, что в Баттауне у нее нет ни одной родственной души, кроме строгой мачехи, которая не гнушалась порой и драть ее ремнем. Но девочке отчего-то казалось, что Бетти будет рада увидеть ее вновь на пороге дома. Возможно, некогда злая мачеха расплачется даже и обнимет ее. Возможно, Джоанна даже назовет ее мамой. Только сейчас, спустя столько времени разлуки, ей по-настоящему захотелось ее так назвать.
– Почему вы вдруг решили, что меня дома никто не ждет? – чуть не плача, спросила Джоанна, сердито на него посмотрев.
Она застала его врасплох, и Генри внезапно озадачился этим вопросом и опустил взгляд:
– Видимо, потому, что… я эгоист, – задумчиво ответил он с сожалением. – Прости меня. Это было, пожалуй, грубо.
Джоанна горько вздохнула, обхватив себя руками:
– Нет, к сожалению, вы правы. Меня никто там не ждет. – Она вдруг украдкой шмыгнула носом и вытерла щеку.
Капитан смотрел на нее не без сочувствия. Он подошел к ней вновь и дотронулся до ее плеч, сжав их в своих крепких руках: