Понятное дело, изменение мировоззрения вовсе необязательно означет прощание с Богом, но, к примеру, неверие в Ангела Хранителя, являющегося противоположностью слепой судьбы (Ларошфуко сказал: "Никому судьба не кажется столь слепой, как тем, которым она не способствует") и гербом Провидения, которое легче вычеркнуть из убеждений, чем Творца. Так или иначе, в обоих случаях через правильную предпосылку приходят к ошибочному заключению, равно ка и во многих других делах – такое случается довольно часто.
Но давайте оставим эту философию, еще менее понятную, чем вся драма поляков XVIII века (как хотелось бы мне быть музыкантом и писать "Молчащих псов" с помощью нот, поскольку это единственный шифр, понятный на всех континентах и не требующий перевода). Но вернемся к Кишшу.
В один прекрасный день его разбудил Дзержановский. Он стоял на коленязх перед венгром и тряс за плечи. Кишш открыл глаза, спрашивая:
- Что случилось?
- Как это: что случилось? Ты меня спрашиваешь?!... Что с тобой?
- Со мной все нормально. Какой у нас сегодня день?
- Седьмое января 1755 года… Почти два года! А ты, к счастью, не забыл людскую речь.
- Не забыл; разговаривал сам с собой.
- С собой?!... Тогда ты должен был много чего от себя узнать, ха-ха-ха-ха…
- Это точно, больше, чем от других, – шепнул Имре.
На судне его побрили и одели. Первую нормальную еду он вырвал и в течение нескольких дней болел.С койки с трудом сполз, когда они доплывали до Пондишери. Он спросил у Дзержановского:
- Зачем ты за мной приплыл? Дупле простил меня?
- Нет. Его отозвали в Париж, а там посадили в тюрьму.
- За что?
- По-видимому, за то, что увеличивал славу и доходы Франции, а еще за то, что был умным и храбрым.
- Это правда, именно таким был.
- Кому везет в любви, браток, не везет в картах. Кое-что в этом я понимаю, было видно, что свю игру он проиграет. Можешь поверить, мне говорили, что он плакал, когда выезжал. Ему казалось, что от своих получит памятник, а сволочи из Версаля прикончили его за британские деньги. Хорошие деньги, я сам их брал, последний год забавлялся корсарством. Но вот его мне жалко… и ее. Когда мы уже доплывали да этого твоего засранного островка, меня позвал боцман: касатки напали на кита. Сто чертей! Они рвали его на клочья так, что шум стоял, тот защищался, словно безумец, но хищники разнесли его живьем на кровавую пену! Невозможно было глядеть. И тогда я подумал, что это Дюпле.
- И кто же после него?
- Де Бюсси. Помнишь его? Тоже парень ничего, на негно стоит работать. Приходится тяжело, мы едва держимся, англичане давят…
Восточно-Индийская Компания, британский дорожный каток, выравнивающий полуостров под правление Альбиона, смогла вытеснить французов с занятых ими территорий меньше, чем за год. Дюплефатихаабад сгорел и превратился в мрачные развалины. Маркиз де Бюсси Кастельно решил снять давление с Пондишери, вокруг которого собрались английские войска, возбудив восстание против британцев в Бенгалии. В 1756 году к власти там пришел ненавидящий англичан восемнадцатилетний набоб Сирадж-уд-Даула; де Бюсси выслал к нему морским путем двух доверенных людей, майора Дзержановского и капитана Кишша.
Война между Бенгалией и Компанией вспыхнула в том же самом году и поначалу принесла бенгальцам успехи. Но все решилось 23 июня 1757 года под Палаши, всего лишь за шестьдесят минут. За знаменитый "один проклятый час под Палаши".
Под Плессей-Палаши неравенство сил в пользу бенгальцев и французов, то есть, не на пользу британцев, было громадны – один к двадцати! Однако, именно англичане ударили на армию набоба. Сирадж решил снести их атакой своей конницы, которой командовал Мир Джаффр. Набоб кивнул Кишшу и приказал ему доставить Мир Джаффару приказ о наступлении.
Когда Имре уже собирался ударить коня шпорами, к нему подъехал Дзержановсктй. У него был странный взгляд, наполненный нечистой совестью, глаза подлеца, который застрял уже ногой в преиспоней, но возбужденный сражением Кишш был слеп.
- Вперед не лезь. Передай приказ и немедленно возвращайся! – шепнул поляк.
- Да почему, черт подери! Я хочу драться!
- Сказал же тебе: не лезь! Бывает такое, что тем, кто бежит спереди всех, свои случайно стреляют в спину… Древняя мудрость, не слышал про такую?