- Видишь? – спросил Фалуди.
- Вижу.
- Прочти, что здесь написано.
Кишш начал читать со страницы 266. То было сообщение польского путешественника Яна Струся об уведенной в ясырь польке, которую купил перс из города Скамахи. Женщина, к которой относились совершенно не по-человечески, сбежала в польское посольство, но слуги посла, надеясь получить награду, выдала персам место пребывания беглянки. Разъяренный муж осадил посольство и вынудил вернуть ему жену.
- Черт подери, ты вслух читай, - перебил ознакомление с книгой Фалуди.
- Ладно, слушай...
Он кратко изложил сослуживцу начало и продолжил читать:
"Схватив несчастную, ее завели в комнату, где слуги уже приготовили крест, к которому раздетую донага женщину и привязали. В таком положении собственноручно они содрали с нее кожу. Во время этой экзекуции я с толпой народа находился перед воротами дома, где она и совершалась. Мы слышали ужасные крики и считали, что наказание было весьма болезненным, но ине такое, о котором вскоре узнали. Насколько же безгранично было наше изумление, когда мы увидели некое выброшенное за ворота тело. Это было нечто настолько ужасное, что я не мог поверить собственным глазам, будто бы эта кровавая, бесформенная масса и была той поддаваемой мучениям женщиной, отчаянные крики которой мы только что слышали...".
- Ну, и что ты теперь скажешь? – спросил Фалуди.
- Ну, это никакое не доказательство.
- А я пойду с этим к маршалку!... Положи книжку, как она была.
Кишш уложил том на место. Отведя руку, рядом с кубком, в котором стояли готовые к использованию гусиные перья, куски сургуча с сохранившимися отпечатками. Один из кусочков привлек его внимание. Он внимательно пригляделся к нему и спрятал в карман, спросив Фалуди:
- Как долго ты разыскиваешь доказательства против Краммера?
- Уже с год, а что?
- Ничего. Пошли...
"В течение года, а нашел всякий мусор, - подумал он, - вот я, в один миг, все, что надо".
На следующий день взбешенный Фалуди вернулся от Белиньского, ругаясь, на чем свет стоит:
- Bassza meg! Наругал меня и запретил под угрозой наказания цепляться к Краммеру! Пришлось отдать ему ключ! Черт подери, я ничего не понимаю! Он его любовник, или как?!
Через день во дворце Белиньских на улице Крулевской появился капитан Имре Воэреш. На стол перед великим коронным маршалком он положил кусок сургуча и спросил:
- Что это такое, ваше превосходительство?
Белиньский глянул на обломок и спокойно ответил:
- Фрагмент печати российского посольства. И зачем вы морочите мне этим голову?
- Потому что я нашел его в комнате вашего заместителя, головного расследователя Краммера. Я вовсе не собираюсь занять его место, ваше превосходительство, и я не ревную его, как Фалуди, но вы разговаривали со мной об измене...
- Вы совершенно правы, капитан Воэреш, это агент Репнина.
- Вам это известно, ваше превосходительство?
- Давно. Вот только если я его выброшу на улицу, подкупят или воткнут другого, ведь кого-то они обязаны иметь в полиции, как и повсюду. Так что лучше иметь надзор за шпиком, о котором мне известно, чем раздумывать над тем, а кто же его последователь. То, что вы копаетесь в его штанах, его может только спугнуть. Поэтому я категорически запрещаю цепляться к нему! Его интерес к курвам хорошо служит нам, поскольку у него голова занята только ними, так что для посольства он работает плохо...
У Имре промелькнула мысль, что если он с Фалуди должны отцепиться от Краммера, это означает, что за ним следит кто-то другой. Некто, кто с ними рботает. В игру входило только два человека: ксендз Парис и писарь Грабковский. Так кто из этих двоих?
- Капитан Воэреш, вы меня не слушаете?... Советую послушать. Я начал узнавать о приятелях того венгра, о котором вам рассказывал. Правда, старого Брюля уже нет в живых, но живы его сыночки: Алоизий-Фредерик, Генрих и Морис. Этот последний в приятельских отношениях с братом Репнина, а вот первый, варшавский староста и генерал коронной артиллерии, человек еще более могущественный, женился на дочке господина на Руси, Потоцкого. Пока что все трое сидят в Дрездене, занимаясь своей масонской ложей – Saint Jean aux Voyageurs, но у меня имеются сведения, что весьма вскоре они прибудут в Варшаву на встречу с нашими масонами. Сомневаюсь, чтобы они помнили вашего земляка, но осторожность не помешает...А знаете, когда до меня дошло, что мы, быть может, принадлежим к одной компании? Когда вспомнил, что царское посольство размещается во дворце Брюлей... Пока же что пускай каждый из нас играет свою роль отдельно, временно так будет лучше. Вы у меня на теплом местечке, ничего вам не угрожает... И еще одно. Вы наверняка слышали о почетных саблях для моих офицеров. Я желаю такую презентовать вам.