Мне кажется, или из меня уже начали вить веревки? Ну, даже если и так, по крайней мере я был не против такого исхода, поэтому не возражал.
После двух часов проведенных в гараже за непринуждённой беседой с отцом моей девушки, я зашёл в дом, чтобы принять душ и переодеться. Но будто бы нарочно, от весёлых мыслей меня оторвало непонятное чувство тревоги, будто что-то должно случиться, или… уже случилось.
По какой-то случайности мой взгляд нашел на столе в гостиной незнакомый ранее конверт. Оглянувшись по сторонам, я напрягся – что-то не так, и дело было не только в конверте.
За все года службы в военных силах, я привык доверять своему чутью, оно ни разу меня на подводило, но в этот раз для меня было крайне странно, что чутье сработало не на поле боя.
Не став искушать судьбу, я подошёл к деревянному резному столику с конвертом и аккуратно взял его в руки. Покрутив бумагу из стороны в сторону, я открыл его и вытащил оттуда фото. Но как только я увидел то, что изображено на фото, моё сердце пропустило удар.
На грёбаных фото была изображена Оливия, её мать и Эмили под прицелом снайперской винтовки. Шок сковал моё тело в сильном оцепенении, на миг у меня будто выкачали весь воздух из легких.
Я вздрогнул, когда в кармане джинсов завибрировал смартфон. Я взял его в ледяную руку и даже не глядя на имя абонента принял звонок. На той стороне сразу же заговорили:
— Тебе нравится мой подарок? О, прости, он ведь не тебе, а на день рождения дочери твоей любимой шлюхи. Ах да, ничего, что я немного припозднился с поздравлением? Праздник ведь был вчера, а я так и не смог появиться на нем, но я наблюдал со стороны. Празднество было довольно милым.
Голос, который звучал в трубке я узнал не сразу. Понадобились несколько секунд, чтобы мой мозг покопался в памяти и выдал мне того, чье бездыханное, изувеченное тело в скором времени будет лежать в сырой земле.
Эмиль Роба.
Сын отца, которого я подстрелил собственными руками. И теперь я жалею, то не забрал жизнь и его сына, когда была возможность.
Мой ночной кошмар.
— Чего замер? Язык проглотил или любуешься фотографиями? Знаешь, я старался, чтобы вышло как надо, ведь они – это последнее, что ты увидишь перед смертью, — голос по ту сторону произнес это с такой легкостью, что ком в горле стал еще больше.
Я бросил фото на стол и подошёл к окну со стороны стены, мельком отодвигая шторы, дабы рассмотреть хоть какой-то намек на Эмиля или его людей. Безрезультатно.
Мои люди сидели в машине напротив дома, некоторые из них стояли возле входных дверей.
— О, я бы на твоём месте не выглядывал в окна, чревато пулей во лбу, — насмешливо произнес Эмиль.
Я сел на пол, и стал доставать рацию для связи со своими людьми.
— Чего ты хочешь? — сквозь зубы спросил я.
Мне было необходимо потянуть время. Я прошел к креслу, вытащил сиденье и потянулся к футляру в котором был пистолет, несколько магазинов и глушитель. Собрав пистолет, я выставил его на готовность.
— Тебя. А если быть максимально точным, то твою жизнь. Не буду скрывать – это месть, моя личная месть тебе за моего отца, которого ты отнял у меня.
— Позволь напомнить тебе, что это он убил мою семью, не пожалел даже ребенка моего брата. О какой, бл*ть, мести ты говоришь? — во мне закипала злость, однако я должен был сохранять спокойствие.
Я выключил микрофон на телефоне и попытался связаться по рации со своими солдатами. Но в итоге, после ответа одного из них, я услышал лишь тишину и удар падающего на землю тела за дверью.
— Минус один, — произнес Эмиль. — Увы, рация тебе не поможет, а только угробит твоих людей раньше времени. Позволь убить их мне самому, а не моему снайперу. Не люблю делиться. Хочу напомнить, что дом под наблюдением и уже давно. На изготовке стоит РПГРучной противотанковый гранатомет, а по периметру мои снайпера, так что в любом случае, если ты хоть дернешься не туда, куда я скажу, ты сдохнешь вместе с папашей твоей шлюхи.
— Ты пожалеешь, Эмиль, клянусь, — прошипел я.
— Так тебе понравились фото? Твои девочки сейчас так далеко от тебя, как же ты их защитишь? М? — мужчина целенаправленно играл на нервах и ждал ответной реакции.
— Клянусь, если ты хоть пальцем к ним прикоснешься, я убью тебя самым изощрённым способом, на который способен, клянусь тебе, — самообладание было сохранять гораздо труднее.
— Знаешь, ты действительно надеялся, что отправив с ними двух телохранителей, они останутся в безопасности? Ты так облажался, даже не верится, — послышался смех по ту сторону экрана.