— Смотри не надорвись, садовник хренов, — поддел друга молчавший до этого Кайл.
И мы все улыбнулись.
⊹──⊱✠⊰──⊹
Оливия
Я проснулась от странного шума доносящегося из первого этажа. Я не сразу поняла где нахожусь. Недавний сильный стресс стер на мгновение все воспоминания. Мозг будто проходил процесс перезагрузки и взял тайм-аут на время. И я его прекрасно понимаю. Сама бы не против его взять.
Спустя несколько секунд, приняв вертикальное положение на кровати, я поняла, что нахожусь в спальне Саймона. Мы в его доме. В голове тут же пронеслись картинки из сегодняшнего дня: моя беременность, обстрел дома, прощание с родителями и их отправка на военную базу — в более безопасное место.
Саймон настоял, чтобы я отправилась вместе с родителями и Эмили, но отказалась — я была нужна своему мужчине. Особенно после того, что узнала о его прошлой жизни. На самом деле я была в шоке. Меня действительно поразило это и одновременно заставило взглянуть на него иначе. Совсем по другому. Теперь Саймон казался мне еще сильнее, мужественнее чем когда-либо. И мне стала ясна его боязнь стать плохим отцом для наших детей. Но каждый раз, когда я наблюдала за их с Эмили общением, все страхи и предубеждения пропадали в миг. Хоть его прошло тесно связано с ним — он старается. Действительно старается. И кто я такая, чтобы сомневаться в нем? Теперь же у меня нет никаких сомнений в том, что я сделала правильный выбор отдав свое сердце этому мужчине. Хотелось того, чего не хотелось ни с одним мужчиной — раствориться в нем.
Глубоко вздохнув, я встала с кровати и направилась к источнику шума. Спускаясь вниз по лестнице, я успела уловить некую суть разговора. Как и планировал, Саймон сообщил парням из ОТГ-141 обо всем, и по всей видимости они все собрались здесь ради мести.
Кивнув и поздоровавшись со всем составом ОТГ, я нашла глазами Саймона и тут же подошла к нему зарываясь лицом в его грудь.
— Что происходит? — хрипло спросила я.
— Мы разбудили тебя? — по моему телу прошла дрожь от хрипловатого мужского голоса, я потерлась носом о его плечо.
— А я смотрю, ваша любовь цветет и пахнет, — не остался равнодушным и Соуп.
— Цветет, конечно, но если бы ты знал, какие тернии по пути, может, не так бы насмехался, — ответила я, прижимаясь ближе к теплому телу.
— Поэтому мы и здесь, чтобы вырвать все сорняки, мешающие вам на пути вашей любви, — нарочито насмешливо ответил Джонни и ухмыльнулся.
— Смотри не надорвись, садовник хренов, — поддел друга молчавший до этого Кайл.
Я весело ухмыльнулась. Было приятно наблюдать за их глупыми и ребяческими перебранками. В этом чувствовались отголоски нормальной жизни.
Спустя время, мужчины посвятили меня в детали их будущей миссии. Немного подумав, меня посетила мысль связанная с Кейт Ласвелл.
— ЦРУ считают Кейт предательницей, потому что она помогла Валерии, — мой голос звучал задумчиво. — Никто даже не удосужился разобраться, почему.
Саймон опустил на неё взгляд. В серых глазах читалась усталость, нежность, но и что-то еще — отголосок понимания.
— Потому что они не видят дальше приказов, Лив. Чертовы бюрократы.
— Валерия похитила её сына. У Кейт не было выбора, — мой голос сорвался на глухой рык. — Ты можешь себе представить, каково это? Знать, что твой ребёнок в руках убийцы?
Я сжала кулаки. Я сама была матерью, и сейчас слишком хорошо понимала, какую боль должна испытывать Кейт.
— Теперь я даже представлять себе этого не хочу, — он выразительно взглянул на меня.
— И что теперь? Где она? — спросил Кайл, нахмурившись.
Я молчала. Не потому, что мне нечего было сказать, а потому, что ответа у меня не было. Слишком много переменных. Слишком много неизвестных.
— Мы даже не знаем, где она, — наконец заговорила я, голос был тихим, но твёрдым. — Если Валерия держит её рядом, это может быть ловушка. Если она уже убила её…
Саймон мрачно усмехнулся.
— Если бы Кейт была мертва, мы бы уже знали. Валерия не стала бы скрывать этого. Она бы сделала из её смерти спектакль.
Я отвела понятливый взгляд. Да, Валерия именно так и поступила бы.
— Значит, она всё ещё полезна, — подытожил Капитан.
Саймон медленно кивнул.
— Либо Кейт всё ещё сопротивляется, либо она приняла свою роль, — заметил Роуч.
Все посмотрели на Роуча пристально, оценивающе. Мужчина до этого момента не проронил ни слова.