— Какого хрена ты делаешь?! А если нас увидят? — возразила я на его безобразное обращение.
Ведь действительно. Если бы нас увидели в таком положении, а еще хуже, услышали наш последующий разговор, мы бы просто так не отделались.
— А что такого, я разве не могу поговорить со своим сослуживцем? — рыкнул в ответ мужчина. — Ты что творишь, Оливия?
— Я, блин, просила тебя не назвать меня моим настоящим именем, когда мы рядом с ними, — огрызнулась я и оглянулась в страхе.
— Зачем ты помешала мне?
— Что ты несешь, Адриан? Грибы несвежие были?
В один момент я спокойно стояла и смотрела на него, в другой он с силой прижимал меня к стене, сжимая пальцами горло. Я пытаюсь вырваться из его захвата, но ублюдок крепко удерживает меня, блокируя мои попытки вырваться. Когда в легких почти полностью заканчивается воздух, мужчина немного освобождает захват пальцев, давая мне возможность судорожно вздохнуть воздух в легкие.
— Ты спасла этого сукина сына, я все видел. Ты заметила того парня с оружием, который должен был пристрелить Гоуста, — сквозь зубы процедил Адриан. — Но ты, по своей тупости, глупая девка, толкнула его в сторону. Он должен был умереть, тупая сука. Таков был план Валерии. Так нет, ты еще там его чуть не трахнула у всех на глазах. Просто признай это, ты хочешь его трахнуть, но не можешь, потому что должна пустить ему пулю в лоб.
— Серьезно, что ли? Так это я похерила ее план? — спросила я с вызовом, и, насколько это было возможно внятно, прохрипела, пытаясь отодрать его пальцы со своей шеи, на которой наверняка останутся синяки. — Я выжидала подходящего момента и втиралась в доверие, идиот, чего и тебе советую. Я собираю информацию для Валерии. А четкого приказа убить его или кого-то из них мне не поступало. Так что остынь, бл*ть.
— Того парня, который должен был убрать Гоуста, схватили эти придурки из ОТГ ради допроса. Ты понимаешь, что из-за тебя сейчас мы оба в опасности?! А если мужик расколется, то не сносить нам наших голов, бл*ть. Теперь дошло? — как только Адриан закончил говорить, я ошеломленно раскрыла глаза в понимании.
Он был прав, если наемник картеля каким-нибудь образом упомянет нас с Адрианом в рассказе, то это вызовет массу ненужных к нам вопросов. Но была также и вторая сторона медали: если мужчина расколется, то он выдаст новое местонахождение заложников, что поможет нам найти мою семью, а дальше дело за Ласвэлл.
— Делай все правильно, иначе твоя красавица-дочка пострадает по твоей вине, — он сжал мое горло с такой силой, что я была уверена, что он его вот-вот сломает.
Слова о дочери дали мне сил. И я, сама того не поняв, собрала все свои силы и вывернула его вторую руку под неестественным углом, почти ломая. Его лицо исказилось гримасой боли. Я смогла выбраться из стального захвата и отойти на безопасное расстояние. Мужчина с ухмылкой сумасшедшего смотрел на меня, но, к счастью, не предпринимал никаких попыток схватить. Напротив, он просто ушел. Я ощутила, как все это время мое тело дрожало. Место на шее от его пальцев ныло от боли. Еще бы чуть-чуть, и Адриан сломал бы мне кадык. Я присела на один из старых деревянных ящиков и потерла шею, глотая воздух. Наверняка останутся приличные следы от его пальцев. Не помню, столько я так просидела, но по ощущениям минут тридцать.
На меня даже бывший муж руку не смел поднимать. Он просто ушел к другой, оставив нас с дочерью, и это было гораздо больнее физической боли. Но сейчас. Сейчас мне действительно было не только больно, но и страшно. Нет, не за себя, за дочь. Если этот ублюдок захочет, он может наплести Валерии с три короба, и Эмми будет в еще большей опасности, чем она есть сейчас.
Я кое-как встала и, подперев стену рукой, на ватных ногах зашагала в сторону нашего шатра. На вечер никаких совещаний не согласовывалось. Капитан сам доложит обо всем начальству, а посему я безумно хотела завалиться спать. Я морально вымотана. Сил не оставалось даже на душ.
Войдя в шатер, я наткнулась на единственного здесь сидящего Саймона. Мужчина в одиночестве чистил свой автомат. Черт, я сегодня вообще спокойно отдохну? А вообще плевать, я просто хочу спать.