Я искал его. И я нашел его. К своему несчастью, Адриан вышел из столовой и направился на выход по коридору прямо мою сторону. Мои кулаки сжались, когда его физиономия искривилась в насмешке при виде меня. О, я с превеликим удовольствием сотру её с его еб*ла.
Ровно в тот момент, когда он поравнялся со мной, я быстро схватил его и со всей силы впечатал спиной в дверь. От силы удара дверь в небольшое помещение открылась, а я, затолкав его туда, закрыл за собой её изнутри. У нас есть немного времени на «разговор». Адриан плюхнулся задницей на пол и заверещал, как девчонка:
— Ты что творишь? — неприятный звук резанул по ушам.
— О законе кармы слышал? — на первый вид непринужденно спросил я.
— Что? Мужик, ты что несешь? — спросил он и попытался встать. Но, когда я стал идти на него, он плюхнулся обратно на зад и принялся неосознанно отползать.
— Первый принцип кармы: действия имеют последствия. Ты посмел поднять свою конечность на того, на кого не должен был, — мой голос стал ниже и устрашающе. Это было первым признаком непредсказуемости моих действий в дальнейшем.
В моменты допроса врага или ситуации применения пыток ради добычи ценной информации я понемногу выпускал своего внутреннего зверя на волю. Я давал ему желаемую свободу на утоление жажды крови ради контроля над ним в будущем. Я научился уживаться с ним, но также и держать его в ежовых рукавицах. Иначе мое сознание было бы беспощадно сожрано им в попытке овладеть контролем надо мной полностью.
Людей с сожранным сознанием обычно называют душевно больными. Так-то я тоже далеко не был относительно нормальным, но хотя бы сумел взять под контроль своего демона и поставить человека в себе на первое место. Покажите мне индивидуума, который остался бы нормальным после всего того дерьма, что пережил я.
Глаза ублюдка забегали из стороны в сторону, ища пути к бегству. Крыса. Я видел, что он понимал, почему я делаю это с ним. Хотя я даже пальцем к нему не прикоснулся, а он уже чуть ли не ссыт от страха. Мерзость.
— Встань, — приказал я, наблюдая за этим куском дерьма. И он еще смеет называть себя мужчиной?
Адриан кое-как поднялся и попытался обойти меня. Я сделал выпад рукой и нанес удар внутренним ребром ладони прямо в кадык. Мужчина захрипел и схватился за горло. Он задыхался, а я представил, как задыхалась в его руках Оливия. Меня передернуло, и я ударил Адриана кулаком в нос. Кончик носа – одна из самых болезненных точек в теле человека при ударе. Кровь брызнула ему на руки, когда он попытался прикрыть лицо в попытке защититься.
Мужчина заверещал, словно свинья, от жгучей боли и был тут же заткнут повторным ударом, но уже в пах. Я целился в самые больные точки на его теле, не ломая костей. Их я оставлю на потом. Адриан согнулся пополам, упал на пол к моим ботинкам и стал шипеть что-то нечленораздельное.
— Громче, — флегматично отозвался я, склонив голову на бок. — Не слышу.
— Сука, за что?
Я выгнул бровь и нехотя присел на корточки перед ним.
— За что? Ты совершил огромную ошибку, за которую теперь расплачиваешься, — спокойно ответил я, доставая пачку сигарет из толстовки и зажигалку.
Кровь, капающая из носа Адриана, создала небольшую лужицу под ним. Он выглядел жалко, каким он в принципе и являлся. Мужчина отвел глаза, и мне показалось, что он задумался, если еще было бы чем. Затем выдал:
— Ты из-за этого мелкого выродка так взбесился? — прохрипел парень и улыбнулся, обнажая окровавленные зубы.
Я молча схватил Адриана за волосы и резко впечатал его носом в пол. Он медленно, но верно подписывает себе смертный приговор, потому что мой внутренний зверь начинает вырываться на свободу. А мне все меньше и меньше хочется держать его под контролем.
Комната заполнилась звуками скулежа и кряхтения. Адриан что-то мычал про сломанный нос и пытался отползти от меня к противоположной стене. Ему все еще было сложно двигаться из-за боли в яйцах. Ах, да, у него же их нет.
Наблюдая за его жалкими попытками отстраниться, я прикурил сигарету. Мужчина с ненавистью смотрел на меня, а я анализировал его и удивлялся тому, как этот ублюдок так быстро слёг лишь от парочки слабеньких ударов. Размазня. Как его вообще к нам взяли? Надо будет копнуть про него, а то слишком много выебывается. Я приподнял край маски оголив губы и затянулся, позволяя никотину проникнуть в мои легкие. Мне в голову пришла дельная мысль, и я выпустил в морду ублюдка клуб дыма.