Уже в столовой я стоял и думал, что мне, бл*ть, взять для нее. Когда я прикоснулся к ней, я почувствовал нехарактерный для нормального состояния жар в её теле.
Ко мне подошла женщина латиноамериканской наружности лет тридцати и принялась ждать моего заказа.
— Чай с малиной, — сказал я и стал наблюдать за тем, как брови этой женщины взлетели вверх в легком удивлении.
Я тяжело вздохнул, понимая, как выглядел со стороны. Господи, так странно себя я еще не чувствовал.
Черт, честно говоря, я не думал, что все это происходило реально, но женщина действительно принесла мне грёбанный чай с малиной. И где она ее тут только нашла?..
Уже в шатре сидя на своей кровати напротив Оливии, я наблюдал, как она спит. Девушка лежала и мирно посапывала. Её лицо все так же скрывала маска. Зачем она все это делает?
Когда её представили нам как нового члена команды, я обратил на нее свое внимание постольку поскольку. Мы с группой буквально накануне вернулись из миссии и все, что мне хотелось в тот момент, так это закрыться ото всех в своей комнате и отоспаться или взять увольнительную и в обнимку с бутылкой Бурбона просидеть у барной стойки всю ночь.
Я не сразу заметил, как она проснулась, видимо, из-за моего присутствия рядом, и смотрела на меня.
Я отдал ей чай и после нашего тривиального диалога спросил:
— Я все думаю: зачем Адриан душил тебя?
Меня все сильнее интересовало то, что, черт возьми, связывало вместе этих двоих.
⊹──⊱✠⊰──⊹
На следующий день пребывания на мексиканской базе я все утро выбивал информацию о местонахождении заложников из задержанного нами наемника картеля.
Я сверху вниз смотрел на преступника, сидящего на стуле. Он сидел с опущенной головой. Из его рта медленно стекала слюна вперемешку с кровью. Парочка выбитых зубов лежали на полу и сверкали в свете единственной тусклой лампочки, висящей на потолке. Место, которое мне предоставили для «работы», представляло собой небольшое бетонное сооружение под склад. Пахло здесь сыростью и плесенью.
Мужчина оказался крепким орешком. Держался до последнего, пока не стал терять сознание от болевого шока. Мои кулаки, обтянутые черными тактическими перчатками с небольшой защитой для костяшек пальцев, ныли от методичных ударов по телу. Я редко использовал кастеты, так как знал, куда бить, чтобы задеть болевые точки на теле.
Как оказалось, это был именно тот ублюдок, который хотел пустить мне пулю в лоб.
Я взглянул на аккумуляторные клеммы, лежащие на столе, затем на мужчину без сознания.
Отыскав взглядом небольшое ведро с водой, я зачерпнул её ковшом и облил ею голову и грудь наемника. Тот резко вздрогнул и очнулся, глубоко вдыхая воздух и кашляя.
— Ты псих, раз думаешь, что я расскажу тебе что-то. Ты только зря теряешь время, — процедил мужчина, смотря на меня одним глазом, второй мог уже мало что видеть из-за того, что полностью заплыл.
— Ошибаешься, до вечера еще полно времени, так что, если не хочешь, чтобы я перешел к наиболее жестким методам, которые мне импонируют больше всего в моей работе… тебе лучше сказать мне местоположение заложников, — ответил я и потянулся к аккумуляторной клемме.
На мгновение в глазах мужчины промелькнул страх. Он явно не был готов к тому, что я собирался сделать с ним. Быстрым движением я приложил клемму к его мокрой груди, и мужчина скорчился в конвульсиях. Я безразлично наблюдал за его болью, в то время как мой демон-зверь ликовал внутри и жаждал большего.
Я отпустил инструмент и сказал:
— Но в одном ты может и прав – я псих, поэтому советую тебе ответить прямо сейчас: где, черт возьми, держат ученых и их семьи? — пригрозил я.
Зрачки мужчины расширились, как у наркомана от прилива адреналина в крови. Из-за контакта с водой напряжение в клеммах увеличилось в разы. Еще парочка таких вот прикосновений, и он труп.
Тяжелое дыхание вырвалось из его груди, и он сплюнул кровь на пол, тяжело смотря на меня.
— Одно я тебе сказать точно могу: мне все равно нечего терять… Вы ведь и так уже пробили все обо мне, так? Семьи нет, детей нет. Никого. Это мое главное преимущество перед таким, как ты. Никаких рычагов давления, — невесело ухмыльнулся мужчина.
Я не двигался.
— Я много слышал о тебе. Ты – призрак, живая оболочка себя, но внутри ты мертв и чужой для своих. Ты сломанная игрушка. Родился в неблагополучной семье. Отец был уродом, которого поискать еще нужно, — наёмник оскалился, а я застыл на месте не в силах двинуться. Откуда он, черт возьми, знает все это? Я стал лихорадочно копаться в памяти, дабы вспомнить мужчину, сидящего перед мной. Безрезультатно. Казалось, будто бы передо мной сидел мой личный кошмар. — А помнишь Мануэля Робу? О-о-о, по глазам вижу, что помнишь. Такое трудно забыть, правда? — хохотнул мужчина. — Зря он не пустил тебе пулю в лоб еще тогда, когда представлялась возможность. Не знаешь, кто я, да? Я вижу, ты пытаешься вспомнишь. Не утруждайся, мы никогда не виделись раньше. Но то, что ты убил моего отца, этого я не забуду.