Я почти полностью погрузился в себя и почувствовал, как под ногами уходит почва. Как, черт возьми, мой кошмар снова нашел меня? Я только-только начал приходить в себя и учиться жить с этим. Более того, я научился держать демона-зверя внутри себя под контролем. Затолкал его поглубже и посадил на толстую цепь. Мне никогда не забыть всех тех ужасов, что Роба творил со мной, его действия слишком сильно сломали меня. Мое ментальное состояние надломлено, и с этим ничего не поделаешь. Лечение у психиатра хоть и помогло мне справиться с большинством самый острых симптомов, в частности от желания пустить себе пулю в висок и прекратить свое существование, но не излечило мою голову до конца. Пришло время покончить со всей четой Робы еще раз.
Из раздумий меня вывел тихий голос Оливии.
— Что Адриан имеет против тебя? Это он так из-за того, что ты…заступился за меня? Вообще тебе не стоило, я и сам спокойно мог бы разобраться с ним, — промямлила Оливия, как-то странно отводя глаза в сторону. И я не выдержал: схватил ее за горло и припечатал к стене. Моя хватка была не сильной, я лишь хотел ее отвлечь. Я все еще помнил, что у нее на шее синяки, и старался не давить туда, где мои прикосновения могли бы причинить ей боль. Черт, и с чего я стал так мягок с ней?..
— Саймон, что ты… — Оливия вцепилась пальцами в мою руку, а в ее глазах проскочила тень страха. Она поспешила скрыть его, но я успел заметить… Я пожалел, что решил отвлечь ее именно таким образом. Но так было нужно, иначе бы я не смог содрать с ее лица эту маску.
Как только я сделал это, Оливия принялась вырываться еще сильнее и упорнее, на что я придавил ее своим телом к стене так, чтобы убрать все попытки сопротивления с ее стороны.
Я вгляделся в ее по-женски мягкие черты лица и полностью ослабил хватку на ее шее, но при этом не убирая ладонь. Теперь при достаточно сносном свете я по-настоящему смог рассмотреть ее. Боже, как же она красива.
Пухлые губы были раскрыты и изображали букву «о», зеленые глаза бегали из стороны в сторону и со страхом и неверием вглядывались в мои.
— Ты не смогла бы. Я не преуменьшаю твои способности, но ты не смогла бы. Синяки на шее доказывают это, — я опустил взгляд и провел по одному из фиолетовых пятен на ее шее своим большим пальцем, от чего она вздрогнула, а зрачки в ее зеленых глазах увеличились. Меня никогда не перестает забавлять реакция ее тела на меня и мои прикосновения. Лицо девушки выражало нескрываемое чувство шока. — Не смотри так. Из тебя крайне плохая актриса, — соврал я. Если бы не тот разговор Адриана и Оливии в коридоре, я так и не узнал бы. Ну, может, не сразу.
— И что прикажешь мне с тобой делать? — ехидно спросил я, не переставая поглаживать кожу на ее шее. Девушка застыла, я почувствовал себя котом, загнавшим мышь в угол, и с упоением облизывающимся своей добыче. Мне стало смешно от собственных мыслей. Походу моя крыша окончательно съехала, раз в такой ситуации мне в голову лезут подобные мысли.
— Не выдавай меня, — зашептала девушка. В ее глазах читалась беспомощность и мольба. Мне безумно захотелось спросить: почему она делает все это, но я сдержался. Просто в этот момент я не мог выпалить ни слова. — Прошу.
Я глубоко вздохнул и изучив ее лицо примерно минуту, выпрямился и ответил:
— Хорошо, но ты должна мне услугу.
— Все, что угодно, — выдохнула девушка с явным облегчением.
А мои брови в этот момент взлетели высоко за пределы моего черепа. Она вообще понимает, что еще больше усугубляет? Черт, да что она творит со мной, блть?!
— Тебе лучше не стоит так открыто заявлять мне что-то подобное, — насмешливо отозвался я.
Оливия тут же стушевалась и поспешила оправдаться:
— Я не имела ввиду ничего подобного, чего бы ты мог себе там представить. Чего ты хочешь?
И все же, ее реакция каждый грабанный раз просто бесценна.
— Скажи мне свое настоящее имя, Габриэль? — я намеренно выделил ее так называемое имя и заметил, как жилка на ее шее, прямо на том месте, где кожу поглаживал мой палец, стала пульсировать сильнее.
Удивительно, как она умело завладела всем моим вниманием, просто попадя мне на глаза сейчас, что даже ситуация с отпрыском Робы показалась мне решаемой проблемой.
— Саймон… — начала она дрожащим голосом, но почему-то замолчала, а я замер от того, как приятно для моего слуха прозвучало мое имя из ее уст, когда она сказала это уже будучи полностью раскрытой в своем обличии и своим девичьим голосом. Блть, так и привыкание вызвать можно. — Не надо, я не могу.