— Загляни под неё.
— Боже, — усмехаюсь.- Ты всё ещё веришь, что под кроватью живет та мумия из фильма? — не могу не пошутить, и Дейв смеется, хоть и скованно, и невесомо бьет меня по плечу:
— Идиот, просто загляни, — выпрямляется. — Заодно на наличие мумии проверишь, а то как-то не спится последнее время, — подмигивает мне, и закатываю глаза в ответ, подходя к кровати. Оглядываюсь на друга, который ведет себя слишком подозрительно, и с недоверием опускаюсь на одно колено, приподнимая ткань его одеяла, чтобы заглянуть под кровать. Наклоняю голову, не сразу понимая, что именно Фардж желает мне показать, но глаза привыкают к темноте, поэтому в первый момент дергаюсь, вскинув голову, и секунду нахожусь в таком положении, после чего смотрю на Дейва, который сжимает губы, сложив руки на груди:
— Нашел её в парке.
Вновь опускаю голову, понимая, что меня посещает чувство дежавю. Ситуация похожая уже была. Дома у Причарда.
Харпер лежит на боку, спиной к стене. Пальцами трогает влажные губы, а мокрые красные глаза смотрят куда-то в сторону, не на меня. Шмыгает носом, постоянно пытается смахнуть слезы, но только размазывает соленую жидкость по щекам, иногда тихо мыча. Меня не видит. Или не хочет видеть.
— Думаю, у неё ломка, и, судя по поведению, она ничего не успела принять, — Дейв подходит ближе, так же опускаясь на одно колено, чтобы заглянуть под кровать. — Ведет себя так же агрессивно, как ты, — подмечает, заставляя меня вновь раздраженно выдохнуть. — Хотел вытащить её, но она укусила меня, — показывает запястье, на коже которого проявляются следы от зубов.
Прикусываю губу, моргая, и пытаюсь сохранить ровный тон голоса:
— Почему ты позвал меня? Оставил бы её в парке, и проблем не было бы, — шепчу, краем глаза вижу, как друг переводит на меня взгляд, с каким-то осуждением произнося:
— Но… Она ведь не оставляла меня или тебя, — пытается пристыдить меня? Черт, у него выходит неплохо, поэтому смотрю на него, хмуро и озадаченно:
— Чего ты от меня ждешь? — он должен мне объяснить, сам я ничего не смогу предпринять, потому что… Не хочу проявить явную инициативу.
— Черт знает, — честно признается Дейв, пожав плечами. — Просто, я подумал, если мучиться, то вместе.
Растягиваю губы в фальшивую улыбку, как поступает в ответ сам Фардж, и шепчу:
— Благодарю, а то понятия не имел, чем бы занять себя.
Друг кивает, с не меньшим сарказмом отвечая:
— Знал, что ты оценишь, — встает с колен, двинувшись в сторону двери, заставив меня занервничать:
— Куда собрался?
— За пивом, — парень оглядывается, видя замешательство на моем лице.
— А мне что делать? — хочу бросить в этого типа что-нибудь тяжелое.
— Поговори с ней о жизни, — шутит, но мне не смешно, так что ворчу под нос, когда друг исчезает в темном коридоре, оставив меня одного с этой… С этой, в общем.
Стучу пальцами по полу, и оглядываю комнату, прислушиваясь к звукам, что должны быть слышны, но даже дыхание не доходит до ушей, так что нехотя опускаю голову, вновь заглянув под кровать. Харпер не выглядит так же потерянно, как в тот раз у Пенрисса. Она кажется более вменяемой. Думаю, её просто постепенно сильнее ломает, так что через часик другой она уже будет в порядке, правда, перед этим наверняка будет кричать от изводящего желания принять что-то.
Девушка дрожит, и скорее от боли в животе. Она смотрит в пол, кусая ногти, и громко дышит, пытаясь вернуть себе эмоциональную сдержанность, контроль над чувствами, но вместо этого тихо мычит, шмыгая носом. Опираюсь рукой на паркет, цокаю языком, продолжая молчать. Что мне ей сказать? Я вообще не должен этим заниматься.
Эту чертову фразу повторяю каждый раз, когда дело касается этой… дуры.
Дуры. Да. Дуры. Просто дуры.
С каких пор ты стал подбирать выражения, О’Брайен?
Тошнит от самого себя.
Вздыхаю, прочищая горло, и сдержанно начинаю:
— Там пыльно, — отлично. Потрясающе. Оскар мне. Смотрю на Мэй, а та по-прежнему не видит меня. — Знаешь, Дейв в принципе не знаком с таким понятием, как влажная уборка, — что я несу?
Мэй прикрывает рот ладонью, морщась, и сжимает мокрые веки, громко всхлипывая, поэтому облизываю губы, нервно опускаясь ниже, на живот:
— Эй, если тебе так плохо, то могу дать косяк, — предлагаю хотя бы что-то, но от сказанного выражение лица девушки искажается злостью, а с губ слетает крик:
— Пошел ты! Уходи! — кричит, зажав ладонями уши, словно своим же голосом оглушает себя. — Уходи! Уходи!
— Окей! — не сдерживаюсь, выпалив в ответ, и поднимаюсь на руках, готовясь встать и бросить всё к чертям, ибо я совершенно не подхожу на роль того, кто унимает другого, но останавливаюсь, прикрыв веки. Сдержанность. Терпение. Вдох. Выдох. Опускаюсь обратно, взглянув на Харпер:
— Вылезешь?
Девушка не отвечает, только сильнее сжимает уши руками. Моргаю, проглатывая ком в горле, и осторожно щелкаю пальцами, привлекая внимание Мэй. Я уверен. Она в себе, просто немного… Немного не сдерживает эмоции. Сейчас проблема не только в том, что её ломает. Думаю, есть что-то ещё, что мешает ей прийти в себя. Если мне удастся поговорить с ней об этом, то ей, вполне возможно, полегчает.
— Что с тобой? — начинаю с начала, и Харпер мычит, качнув головой. — Что тебя беспокоит? — она сильнее сжимает уши, прикрыв веки. — Хар… Мэй, — исправляю себя, удивляясь тому, что могу говорить спокойно. — Давай поговорим, — надо оторвать себе язык после этих слов. Совершенно не в моем стиле, но придется потерпеть один раз.
Харпер шмыгает носом, приоткрыв веки, и смотрит на меня, вздрагивая по непонятной мне причине. Будто что-то слышит.
— У тебя шум в ушах? — пытаюсь говорить понятным языком. Бывает, от ломки в ушах постоянно гудит. В этом дело? Поддаюсь вперед, хмуро понимая, что всё это время не замечал, как она шевелит губами. Что-то говорит, но не могу понять, поэтому откашливаюсь, предполагая:
— Это нормально. Шумит часто, но потом прекращается, так что…
— Вода! — Харпер вновь срывается, сильнее вжавшись в стену позади, а я со смятением щурюсь, прислушиваясь. Нет. Нет никакой воды.
— Вода, вода… — девушка начинает повторять, шепотом тараторит, ерзая на полу. Хмурю брови, не на шутку так встревожившись, когда она начинает руками опираться на паркет, пытаясь отползти дальше, и с ужасом смотрит на паркет, будто что-то приближается к ней.
— Вода… — вскидывает голову, взглянув на меня с безумством. — Вода! — начинает вытирать руки о ткань кофты, будто правда пачкает их в чем-то мокром. У неё галлюцинации?
— Подожди, — пытаюсь привлечь её внимание. — Нет никакой воды, нет… — заикаюсь, когда Мэй кричит, ерзая под кроватью, и с руганью вскакиваю с колен, с силой потянув кровать за край, чтобы отодвинуть от стены. Быстро встаю на неё ногами, не собираясь обдумывать свои действия, чтобы не сковать неуверенностью, и не долго томлю, наблюдая за тем, как Харпер пинает ногами её воображаемую воду, начиная задыхаться, будто её правда покрывает жидкость с головой. Наклоняюсь. Не думай. Беру эту девку за предплечья. Не думай. Грубо дергаю вверх. Не думай. Она кричит громче, но пинает не меня, а пространство под ногами, как будто защищаясь. Не думай. Пальцами хватается за меня. Не думай. Практически толкаю на кровать, отпуская, ведь чувствую, как покалывание в животе усиливается, а вздох застревает в глотке, поэтому сам валюсь на колени, хватаясь рукой за стену. Трясусь, громко и хрипло пытаюсь глотнуть воздуха, но тщетно. Перед глазами моментально темнеет. Хочу позвать Дейва, но с губ срывается лишь хриплое подобие писка. Сжимаю веки, уткнувшись лицом в одеяло, и начинаю стонать от сводящей все мышцы тела боли. Валюсь набок, садясь у стены, к которой прижимаюсь спиной, и громко дышу в потолок, запрокинув голову. Белые пятна. Вспышки. Тошнота подступает к горлу, так что ладонью закрываю рот, чтобы не блевануть. Глаза слегка краснеют, когда открываю их, чтобы взглянуть на Харпер, которая приседает на коленях, как дерганная озирается по сторонам, продолжая повторять: