— Вода… Вода… — её голос слышу эхом. Девушка сжимает край кровати пальцами, покачиваясь назад-вперед, и мычит, вдруг сев без движения. Начинаю отходить. Провожу ладонью по лицу, смахивая пот, и глубоко дышу, справляясь с судорогой. Перевожу взгляд на Мэй, которая заметно притихает, так что хрипло выдавливаю из себя:
— Ты в порядке?
Вижу, как дрожат её губы, как и плечи. Девушка смотрит перед собой, сглатывает, медленно поворачивая голову, и смотрит на меня так, будто я только что грохнул кого-то из её близких. Она в смятении. Даже хуже. Мэй будто только что потеряла что-то. Хмурю брови, уже устало спрашивая:
— Что не так?
Харпер часто моргает, и новый поток слез вырывается наружу, стекая по мокрым щекам. Девушка приоткрывает губы, забегав взглядом по кровати:
— Где он? — шепчет, еле сдерживая плач.
Поддаюсь вперед, держась за стену, и наклоняю голову, стараясь не поддаваться тому безумию, которое Мэй с успехом создает вокруг себя:
— Что?
— Где он? — вновь поднимает на меня красные, полные слез глаза. — Где Джемми?
И я… Я немного в ступоре. Смотрю на неё, не моргая, тихо цокаю языком, шепнув:
— Та-ак, — тяну, пытаясь не терять связь разговора с ней. — Джемми? — спрашиваю, и от произнесенного имени глаза девушки расширяются:
— Ты знаешь, где он? — с надеждой в голосе произносит, сжав дрожащими пальцами ткань своей футболки. — Я должна… — отводит взгляд, но всего на секунду.
— Что должна? — спрашиваю, уже не надеясь разобраться в её словах. Харпер моргает, потирая холодные ладони, и шмыгает носом:
— Остановить её, сейчас, — опять смотрит на меня. — Сейчас я должна сделать это и… — запинается. Смотрю в ответ, хмуря брови, и шепотом уточняю:
— Джемми — это твой брат?
Нервная улыбка проявляется на лице девушки, которая начинает странно хихикать, будто медленно теряя контроль над собой. Напряженно наблюдаю за тем, как Мэй прикрывает губы ладонью, тихо смеясь:
— Брат… — повторяет, громче хохотнув, и запрокидывает голову, взглянув на меня. Слишком резко её улыбка испаряется с лица, а взгляд мрачнеет:
— Это была не я.
Так. Теперь я полностью теряю суть. Пытаюсь реагировать правильно на смену её настроения. Постоянно поглядываю в сторону двери, понимая, что Фардж дико задерживается. Пиво бы мне не помешало сейчас.
— Да, — киваю, медленно слезая с кровати, не разрывая наш зрительный контакт. По какой-то причине мне кажется, что эта девушка может броситься на меня с кулаками. Её лицо выражает исключительно злость, даже агрессию.
— Думаешь… Это была я? — Мэй сжимает ткань одеяла, а я полностью встаю на паркет, качая головой:
— Вовсе нет.
— Они все так думают, — продолжает терзать меня взглядом исподлобья, поэтому вздыхаю, опустив руки вдоль тела, чтобы расслабиться:
— Мэй, прекрати, — приказываю серьезным тоном, отчего Харпер лишь сильнее хмурит брови. — Это была не ты, — не хочу понимать, какое значение имеют мои слова, но для неё это важно, поэтому повторяю, надеясь на перемирие:
— Не ты.
Мэй долго смотрит мне в глаза. Слишком долго. И молчит. Вижу, как скапливается соленая жидкость, как дрожат её сжатые губы. Вот-вот должна заплакать, но Харпер полна сюрпризов. Она будто проглатывает комок эмоций, отвернув голову, и прекращает сжимать одеяло. Смотрит в пол, иногда шмыгая носом и вытирая скользящие по щекам слезы. Ещё час-два — и она окончательно придет в себя.
Оцениваю ситуацию. Былое напряжение пропадает медленно, но уже могу спокойно обойти кровать, не готовясь к проявлению агрессии со стороны Мэй, которая двигается к стене, когда сажусь на край, сунув влажные от нервов ладони в карманы кофты. Смотрю перед собой, задумчиво предполагая, где шляется Фардж с моим пивом.
Мэй обнимает себя руками, потирая плечи, и надолго прикрывает веки, видимо, внутри себя, сражаясь с проявлениями ломки. Если честно, она неплохо справляется. Дейву приходится постоянно вкалывать мне успокоительное, а здесь мы обошлись без него. Харпер трясется, продолжая покусывать пальцы рук и вытирать мокрые глаза. Поворачиваю голову, наблюдая за тем, как девушка стучит костяшками себе по щеке, покрасневшими глазами смотря куда-то вниз. Поднимаю руку, щелкнув перед её лицом пальцами. Вздрагивает, но глаза не поднимает выше уровня моей шеи.
— Порядок? — спрашиваю. Вновь.
И получаю долгожданный кивок головой. Отлично. В итоге всем этим дерьмом занимался я, чертов Фардж. Слинял под предлогом. Замечательно. Врежу ему, когда вернется. Наверняка сидит в гостиной, смотря что-то вроде Дневника Бриджит Джонс по ящику. Знаю, как он тащится от мыльных комедий.
— Тебе что-нибудь нужно? — устало потираю лоб, интересуясь у девушки, которая качает головой, продолжая хранить молчание. — Окей, — заставляю себя подняться с кровати. Нужно покурить. Причем выкурить сигареты три-четыре, чтобы переработать всю информацию.
Есть какой-то Джемми. Есть эта излюбленная фраза «Это была не я». И есть Мэй Харпер, которая с каждым днем заставляет меня ненавидеть себя сильнее.
Двигаюсь к двери, но резко торможу, когда слышу за спиной тихое:
— Куда ты?
Оборачиваюсь, сжав в кармане пачку сигарет. Мэй не смотрит мне в глаза, но уже хмурит брови. Она почти в порядке.
— Покурить и пнуть Дейва, хочешь, пнуть можем вместе? — шучу, но она не меняется в лице. Только потирает плечи, кивая, мол, ясно. Вынимаю пачку, сунув одну сигарету в рот, и вздыхаю, с хмурым выражением лица переминаясь с ноги на ногу. Мой взгляд опущен на пачку, которую безжалостно мну пальцами, дабы чем-то себя занять:
— Всё равно… — откашливаюсь. — Если не хочешь сидеть одна, то можем пойти вместе на задний двор. Тебе нужно проветрить голову.
Мэй поднимает лицо, наконец, взглянув мне в глаза с несильным смущением:
— Могу пойти? — зачем переспрашивать? Мне не хочется повторять это дерьмо дважды.
— Да, — как-то жестко отвечаю, сунув пачку сигарет обратно. — Идешь или нет? — меньше раздражения, Дилан. Харпер скованно спускает ноги на пол, пытаясь пальцами расчесать вьющиеся спутанные волосы и поправить мятую, местами пыльную одежду, пока шаркает ко мне. Сдерживаю раздражение, не поддаваясь ему, и сую сигарету в рот, неосторожно взяв девушку за капюшон, чтобы повернуть к себе спиной. До второго пришествия будет возиться. Отряхиваю её спину от пыли, не обращая внимания на то, как Мэй мельком поглядывает на меня, явно ожидает такого. Отпускаю её, вытащив сигарету:
— Только сначала пну Дейва, — выхожу в коридор, и Мэй спешит за мной. Ну, как спешит… Ковыляет, спотыкается, хромает. Видимо, голова кружится. Так что подстраиваться приходится мне. И её присутствие не вызывает больше той злости, которую ощущал этим утром. Меня лишь пугает тот факт, что, в принципе, сейчас я спокоен. Если не считать больно скачущего сердца в груди, но это, думаю, вина того, что я коснулся её.
Грохот.
Замираю на месте, прикусив сигарету, и смотрю перед собой на спуск вниз. Девушка останавливается рядом, моргая, и поднимает на меня слишком серьезный взгляд.
— Не знаю, — говорю, хотя Мэй не произносила вопроса вслух, но на её лице всё написано, так что понимаю без труда, и прячу руку в карман кофты, нащупав только ножик. Бита и оружие остались в машине.
Стоп.
Нет причин для волнения, я часто поддаюсь паранойе. Это нормально, если каждый чертов день ты живешь с убеждением, что тебя хотят грохнуть. Но тот автомобиль не зря привлек мое внимание. Что если… Нет, лучше остановиться. Ничего не происходит. Простая очередная поломка в…
Свет гаснет.
Блять.
Глава 30.
Первые поступившие в голову мысли: найти Дейва, понять, как и кто проник в дом, найти ублюдка и прикончить. И О’Брайен уже уверенно шагает к лестнице, чтобы претворить план в действие. Как всегда он потрясающе быстро решает, что и как делать, в каком направлении двигаться, что дает ему больше свободы в движении и лишает сомнений в том, каков исход будет в итоге. Но не в этот раз. В данный момент он не имеет права действовать, как обычно. Есть одна проблема, которой никогда раньше не было в его чертовой жизни, но от которой зависит слишком многое. Парень тормозит у лестницы, медленно, будто желая, чтобы позади него просто никого не оказалось, оборачивается, взглядом вцепившись в девушку, которая продолжает стоять на том же месте, как вкопанная, ведь не знает, что ей делать, а Дилан так просто забывает о ней, двигаясь дальше.