Вибрация нарушает наше с Дейвом общее одиночество. Он опускает голову, роясь ладонью в кармане куртки, и вынимает телефон, слишком уж сердито и напряженно смотря на экран. Это заставляет выпрямиться, с такой же хмуростью уставиться на друга, который немного сбит с толку, поэтому выкидывает голову, взглянув на меня:
— Лили.
Поднимаю брови, так же слегка опешив:
— Ну… Ответишь? — И понимаю, что Фардж ждет моего разрешения, поэтому киваю, хлопнув ладонями по коленям перед тем, чтобы встать. Ничего не поделаешь. Этих двоих тянет друг к другу. Не могу помешать.
Слышу за спиной, как друг отвечает, беру кофту, покидая сарай до того, как натяну ее на руки. Белый пар льется изо рта. Холод. Мороз. Тонкие, кривые деревья покрылись льдом. Под ногами хрустит снег. Иду к дому, не готовя себя морально. Все, что реально необходимо, — это прекратить анализировать. Без анализа нет тяжелых мыслей.
Захожу в дом, стряхивая рукой с волос и плеч мелкий снег. Есть желание все-таки выйти и сесть в машину, чтобы дольше насладиться тишиной и одиночеством, но странно, атмосфера вокруг совсем не давящая. Я не ощущаю себя скованно или зажато. Спокойно иду к кухне, решая умыть лицо и сделать крепкий чай, чтобы проснуться, но торможу, так и не переступив порог светлого помещения. Свет не горит, бледноты со стороны окна, видимо, достаточно, чтобы девушка чувствовала себя комфортно. Мнусь, топчась на месте, а от незнания, куда деть руки, прячу ладони в карманы кофты. Потеют. Черт. Что за херня с тобой, О’Брайен? Харпер стоит боком, пока медленно и осторожно режет яблоко. И делает она это… Немного странно. Не знаю, что именно кажется мне «не таким». Может, слишком расслабленное движение рук, ладони слегка потрясывает, это видно невооруженным взглядом. И смотрит она вроде вниз, но вовсе не на фрукт. Если честно, я сам могу выглядеть сейчас странно. Нельзя вот так открыто наблюдать за кем-то, но что еще непонятнее, так это неправильная беспечность. Обычно Мэй как-то быстро осознает, что находится под надзором, а сейчас соображает слишком долго. И нет, она не замечает меня, поэтому пальцами левой руки чешу кончик носа, медленно шагая к ней.
Я мог бы уйти молча, включив полного придурка, но, как мне кажется, нет уже смысла играть в эти «недо-игры». И бежать.
Встаю рядом, точнее, немного позади, но со стороны ее плеча, надеясь, что теперь Харпер сама обратит на меня внимание, но девушка продолжает медленно нарезать фрукты. Нервно и быстро кусаю внутреннюю сторону щеки, все той же рукой аккуратно касаясь ткани серой майки. Сжимаю пальцами, несильно оттягивая, и Мэй перестает водить ножом, поворачивая голову в мою сторону.
Первая мысль: «Она вообще не спит?»
Вторая: «Курнула травы?»
Нет, выглядит она, вроде, нормально, но взгляд какой-то изможденный, будто она всю ночь читала неинтересную книгу, а под утро не смогла уснуть. Мускулы лица расслаблены, даже губы немного приоткрыты. Это ненормально. Я знаю, какое у нее обычно выражение, знаю этот чертов «не-беси-меня» взгляд. Сейчас… Она выглядит не так.
И еще одна странность — она молчит. Мы смотрим друг на друга в тишине, сопровождаемой кипением чайника и ветром за окном. Мне становится некомфортно, поэтому говорю первый, мастерски не выказывая никаких эмоций:
— Привет, — просто и спокойно, даже не изменившись в лице. Харпер моргает, и растягивает губы:
— Привет, — нездоровая. Нездоровая улыбка, совсем не такая, как ночью. С Мэй явно что-то не так. Хмурю брови, пальцами продолжая сжимать край ткани майки:
— Ты что-то употребила? — Шепчу, продолжая изучать ее лицо и наблюдать за состоянием. Чем внимательнее всматриваюсь, тем сильнее убеждаюсь в своей правоте, но девушка с той же странной улыбкой качает головой, продолжая смотреть на меня, и отвечает:
— Нет, — и даже голос звучит не так. Всё не так. Совершенно.
Хочу продолжить расспросы, но на кухню заходит Дейв, так что отпускаю майку девушки, обернувшись с вопросительным кивком. Фардж напряженно выдыхает:
— Это была ее мама.
— Что хотела? — С такой же хмуростью спрашиваю, успевая краем глаза следить за Мэй, которая не интересуется происходящим, поэтому вновь начинает резать фрукты такими же неаккуратными движениями. Еще немного и, кажется, по пальцу резанет.
— Просит приехать, — Дейв привлекает все мое внимание ответом, поэтому смотрю только на него, совсем потеряв нить логики:
— Не понял.
— Лили перестала есть, поэтому она просит приехать, — друг морально разрывается между старушкой и Роуз, поэтому уверяю его серьезно:
— Я все равно здесь буду. Сгоняй, разведай, — прячу ладони в карманы, совсем не ощущая себя комфортно. Чувствую дикую необходимость обернуться и взглянуть на Харпер, но остаюсь неподвижен, пока говорю с другом, чтобы тот не заметил моей заинтересованности в девушке.
— Черт, — Фардж кусает ногти, качнув головой, и ненадолго опускает голову, решая. — Ладно, я быстро, — обещает, нервно моргая, а я сжимаю губы, кивая:
— Не переживай, — роюсь в карманах, достав связку ключей, и бросаю парню. Тот ловит, благодарит меня, и разворачивается, не теряя ни минуты, поэтому буквально секунды две спустя до ушей доносится тихий дверной хлопок.
Смотрю на пустое пространство дверной арки, долго собираясь с мыслями, чтобы обернуться и вновь начать контактировать с Мэй. Быть может, мне только кажется, что она ведет себя немного необычно. В конце концов, это же Мэй. Она постоянно выкидывает что-то этакое.
Пальцами ворошу темные волосы на затылке, когда покачиваюсь на пятках, оглядываясь. И правда хочу заговорить с ней, несмотря на мой психологический протест. Это необычно — идти против себя и своих ощущений, но меня слегка раздражает обстановка. Лучше сказать, атмосфера. Между нами. Обычно именно Мэй — тот человек, который пытается поговорить со мной, но сейчас она этого не делает, а своим поведением только сбивает с толку.
Смотрю не сердитым, но обычным для меня взглядом на девушку, которая словно застыла в движении: она держит слабо нож, пальцами надавливает на темнеющее яблоко, голова слегка повернута в сторону, глаза замерли. Смотрит куда-то вниз. Не знаю, как себя вести, поэтому откашливаюсь, опять пытаясь привлечь к себе внимание, но не выходит. Харпер лишь дергает головой, будто от судорог, а взгляд её становится напряженнее, поэтому хмурюсь, делая к ней шаг:
— Эй, — наклоняюсь, чтобы рассмотреть её лицо. — Что ты курила?
— Ничего, — она отвечает резко, четко, но выражение не меняется. Продолжает смотреть в одну точку, и мне остается только проследить за её взглядом. Моргаю, несколько раз оглядываясь назад, и только спустя пару секунд понимаю, что её внимание привлек кран. Выпрямляюсь, смотря на раковину, немного не понимая такой заинтересованности:
— Что с тобой? — пытаюсь загородить ей обзор, и лишь тогда Харпер отмирает, но не резко. Она просто поднимает на меня свой взгляд, полный… Какой-то нечеловеческой потерянности. Вопросы. В её голове одни вопросы. Опять начинаю ощущать легкую тошноту от такого долгого молчания, поэтому громко вздыхаю, продолжая демонстрировать свою нервозность, ведь просто не могу вести себя иначе:
— Ты нашла заначку Дейва и скурила? — чешу переносицу пальцами, щурясь. — Мне казалось, ты завязала, — усмехаюсь. Почему я усмехаюсь, мать твою?! Успокойся, кретин.
Мэй не моргает. Она смотрит на меня, но вижу, что продолжает прислушиваться. Что она слышит? Её взгляд медленно скользит обратно на кран в раковине, и это заставляет немного выйти из себя, поэтому закатываю глаза, ругнувшись:
— Да, еб… — останавливаю. — Что не так? — действительно, что не так, Дилан? Всё в порядке. Всё идеально, верно? Ты не сходишь со своего гребаного ума. Ничего не происходит в твоей ебанной голове.
Всё не так. Абсолютно.
— Харпер! — повышаю голос, зло дернув девушку за ткань майки, и она начинает моргать, медленно сводя брови к переносице, хмурясь:
— Холодно здесь, — замолкаю, и она озадачено смотрит мне в глаза, с капелькой ненужной тревоги. — Холодно, да? — кажется, после её замечания, я правда могу увидеть, как пар льется изо рта, но это всего лишь игра моего воображения, поэтому отбрасываю мысли, не прекращая усмехаться: