— Иди сюда. Будешь следить за пульсом.
Моргаю, но не показываю своего смятения или неуверенности. Спускаюсь вниз, с напряжением в организме встаю возле стола, на котором измывается от дикой боли парень. Я получила «отлично» за оказание первой помощи, но сейчас в голове все хаотично вертится, поэтому в первый момент неправильно сжимаю запястье Дейва. Пытаюсь нащупать пульс. Он чертовски слабый. Я осознаю это, поэтому поднимаю напуганный взгляд на мужчину, который вытирает руки о серое полотенце, которое бросает в раковину, подходя к столу:
— На что жаловался? — он задает точные вопросы, сохраняя спокойствие, а я кое-как соображаю, стараясь собраться:
— О-он говорил про живот. Его тошнило кровью и…
— Ясно, — отвечает, грубо снимает с парня кофту, совсем не пытаясь быть аккуратнее, а ткань футболки разрезает ножницами на животе, чтобы рассмотреть швы. Я изо всех сил пытаюсь нащупать пульс парня, но с ужасом понимаю, что тот быстро слабеет:
— Его сердце… — напугано шепчу, а Джо с непринуждением перебивает:
— Останавливается, — отворачивается, двигая ближе дефибриллятор, наличие которого уже радует неимоверно. Мужчина прикладывает друг к другу электроды, один прикладывает сбоку от ребер, другой чуть выше, на грудь — и тело Дейва содрогается. Я еле успеваю убрать от него свои руки. Мужчина дает мне время проверить пульс, после чего еще два раза повторяет разряд. Теперь пульс Дейва ощущается лучше, поэтому продолжаю сжимать его запястье, пока Джо… Берет скальпель? Стоп… Моргаю, еле вынуждая себя дышать, когда мужчина подносит режущий предмет к линии шва на животе, давит, выпуская наружу алую кровь. Меня начинает тошнить. Отворачиваю голову, чувствуя, как сердечный ритм парня ускоряется. Он начинает активно дышать, морщась. Сжимает губы, но всё-таки кричит, дергаясь от боли, за что получает ещё одну пощечину от Джо. Замирает. Кажется, не дышит.
Приходится повторить несколько ударов током.
Мужчина что-то ворчит под нос, отходит к шкафчикам, достав шприц и какую-то колбочку. Я с недоверием смотрю на прозрачную жидкость, спрашивая с придыханием:
— Что это? — невольно перевожу внимание на полураскрытый шов.
— Этот наркотик используется, как сильное обезболивающее, — Джо возвращается к столу. — Но за эту роскошь придется платить. Шавкам обычно такое не вводят.
Оставляю свою злость за такое отношение в себе, стиснув зубы. Неважно, что это, главное, чтобы оно как-то помогло Дейву вытерпеть происходящее. Пара минут — и я уже слышу ровное дыхание друга. Глубокое. Пульс нечеткий, но я могу нащупать его, поэтому успокаиваюсь, но все равно отворачиваю голову, когда Джо начинает вскрывать швы, чтобы найти допущенную им в тот раз ошибку.
— Ммм, — мычит. — Тут оказывается какой-то осколок, — усмехается, но я не вижу в этом ничего забавного. Сразу видно — он не профессиональный медик, поэтому допустил такую оплошность.
— Он расцарапал стенки желудка и буквально разорвал мои швы, — он находит это забавным? Еле сдерживаю ругань. Смотрю на лицо Дейва. То неизменно. Глаза закрыты, рот тоже. Джо начинает возиться, принимаясь за работу, иногда Фардж вздрагивает, но не приходит в себя. Не знаю, радоваться ли тому, что он не кричит от боли, но боюсь, что что-то может пойти не так. Как ни странно, мужчина делает все быстро. Он быстро вынимает осколок, быстро затягивает швы, обрабатывает их, успевая закурить, что я встречаю неодобрительным косым взглядом.
Еще пара минут — и мужчина отходит от стола, бросив в раковину все предметы, которыми пользовался. Я напряженно считаю удары сердца Дейва, чтобы понять, сколько их происходит в минуту. Не могу унять дрожь. Спокойствие не вернется в мое тело, пока этот парень не откроет глаза и не скажет, что с ним все в порядке. Сжимаю его ладонь. Ледяная. Швы уродуют тело. Они неаккуратные, но… Выглядят надежно. Поднимаю взгляд на Джо, который вытирает руки о то же полотенце, пуская дым из ноздрей. Невольно встаю ближе к столу, когда мужчина возвращается к Дейву, изучая свою работу. Опускаю глаза, не могу справиться со стрессом.
— Сделай мне кофе, — грубый голос Джо не звучит, как жесткий приказ, но все равно внутри что-то неприятно сжимается, заставив слушаться без возражений. Отпускаю руку Дейва, отворачиваясь, и неуверенным шагом поднимаюсь по лестнице наверх, бросая взгляд на Джо, который пальцами водит по шву, оценивая свою работу. Хмур. Черт. Выхожу в коридор. Трясусь. Нервы совсем сдались. Каждый шаг — дрожь. Тошнота. Слабость в руках. Глаза горят от неясных слез. Просто… Это слишком для меня, но… Никак иначе не поступишь. Порой в жизни приходится сталкиваться с тем, что выходит за рамки твоего понимания.
Дом небольшой. Захламленный. Нахожу кухню, медленно передвигаясь. Грязная плитка, темные стены, гора посуды в раковине, испачканный стол, полки, столешницы. Грязно. Подхожу к столу, взяв банку кофе. Кружку. Действую в странном состоянии. На автомате. Не думая. Согреваю чайник. Для этого использую спички, поскольку здесь газовая плита. Кажется, замечаю бегущего таракана. Минут пять. Кофе готово. В такой же прострации возвращаюсь в подвал. Джо бинтует живот Дейва, а на столе уже красуется бутылка водки. Хмурюсь, с напряжением изучая алкоголь, и, удивительно, мужчина замечает это:
— Для обработки, — не снимает мое напряжение, но идти продолжаю. Протягиваю кофе в кружке, Джо берет, делая крупный глоток. Вновь принимается за изучение состояния Дейва. Небольшим фонариком светит в глаза, пальцами разжимая веки. Считает удары сердца. Опять пьет горячий напиток. Все это время стою на месте, не шевелясь. Ладони сцепляю в замок, смотря куда-то вниз. Дышу тихо.
— Как тебя зовут? — Джо вынимает очередную сигарету из пачки, обратившись ко мне, и мне приходится поднять голову, взглянуть ему в глаза, чтобы показаться не такой разбитой:
— Мэй Харпер, — отвечаю слабо, но строгость не убираю из голоса.
— М, — он мычит так, будто что-то понимает. — Ясно, — берет кружку. — Сиди здесь, пока не придет в себя. Потом зови, — обходит стол, двигаясь к лестнице, и я не выдерживаю, оглядываясь:
— Извините, — шепчу. Джо смотрит на меня, затягивая никотин в легкие. — Спасибо вам, — говорю, и мужчина стоит на месте около минуты, смотря на меня, после чего молча отворачивается, сильнее втянув в себя дым. Поднимается. Уходит. Оставляет меня с Дейвом, чему я рада. Подхожу ближе к столу, пальцами сжав запястье Фарджа, чтобы следить за пульсом. Кажется, кожа уже не такая холодная. Беру ватку, решая пока убрать остаток пота с его лица. Мое сердце скачет быстрее, чем его. Не удивлюсь, если завтра обнаружу седину в своих волосах. Эмоционально я выжата. Все это слишком сложно для меня, но… Назад дороги нет. Если бы я уехала с матерью, то Фардж, скорее всего, был бы уже мертв.
Так стою в подвале час. Два. Три. Приходит сообщение от мамы. Вру, что только встала, опаздываю в школу. Джо не заглядывает к нам. Слежу за временем, уже начиная напряженно раздумывать, почему парень не приходит в себя. Дышит? Да. Может, это действие наркотика? Мне многое неизвестно и непонятно.
Присаживаюсь на стул, который двигаю к столу. Ноги болят. Усталость окутывает. Начинаю клевать носом. Опускаю голову на сложенные руки, ровно дышу, но не позволяю себе полностью углубиться в сон. Слышу, как на улице начинает кипеть жизнь. Жду.
Жду, пока не чувствую, как Дейв осторожно касается пальцами моего виска. Поднимаю голову, избегая резких движений, чтобы не вызвать тошноту. Смотрю на Фарджа. Он только и смог повернуть голову. Щурится. Смотрит на меня, хрипло шепча:
— Такое чувство, будто… меня пережевали и выплюнули, — по голосу ясно — ему еще больно. Выпрямляюсь, невольно устало улыбнувшись ему:
— Как ощущения?
Парень морщится, пытается подвигаться, но понимает, не стоит.
— Дискомфортно… — корчится. — Но щека болит даже сильнее.