Дейв все это время сидел на вверху лестницы. Смотрел, так же не веря, что за херню сделали с О’Брайеном. Боль в теле не утихает, но нужно двигаться. Соседи наверняка слышали выстрелы и крики. Надо бежать.
Джо садится на одно колено, наручниками сцепляет руки за спиной Дилана. Мужчина смотрит на Фарджа, который подходит ближе, напряженно касаясь плеча Мэй:
— Как глубоко?
— Нор-мально… — она лжет, вся сжимается.
Джо роется в карманах, вынимая все предметы, способные дать немного огня:
— Дейв, иди на второй этаж, — протягивает зажигалку и пачку спичек. Это он тоже предусмотрел. Фардж даже не спрашивает. Он понимает. Надо сжечь дом. Еле бежит наверх. Джо поворачивается к Мэй, взяв под руки, и поднимает, не реагируя на её мычание. Силой рвет низ её футболки. Харпер не возникает, ведь понимает, что он делает. Собирается закрепить предмет в теле. Вынимать нельзя, иначе потеряет больше крови.
— Дышать можешь? — спрашивает. Харпер кивает, истекая холодным потом.
— Значит, нормально, — мужчина фиксирует острый предмет. — Жди, — уходит, начав спичками поджигать легко воспламеняющиеся предметы. Харпер еле стоит на ногах, смотрит куда-то вперед, боясь лишний раз пошевелиться. Активно и хрипло дышит. Кое-как пытается хранить спокойствие. В глазах плывет. Слышит, что Дейв спускается, оповещая:
— Там уже поднимается огонь, — подходит к Мэй, переступая тело Дилана. — Давай, — осторожно берет её под руку, помогая идти к двери. Языки пламени начинают искриться со стороны гостиной и кухни. Джо выходит, самостоятельно тащит Дилана на крыльцо, ждет, пока Фардж поможет девушке сесть в машину, после чего Дейв спешит к мужчине, помогая тащить О’Брайена.
Харпер начинает медленно уплывать, терять сознание. Она пользуется остатком силы, чтобы разглядеть окна дома, который начинает гореть. Девушка борется, но холод берет вверх, окутывая тело. Голова ложится на сидение, а руки прекращают сжимать рукоятку ножа.
А дальше только ледяной мрак. Непроглядный.
Глава 50.
Неприятная боль в животе, словно… Боже…
Приоткрываю веки, со всей своей усталостью пытаюсь бороться одним желанием понять, что происходит. Это не подвальное помещение, но здесь так же темно, как и за окном, холодно, словно мы на улице. Лежу на спине. Подо мной какое-то холодное деревянное покрытие, поверхность, думаю, это стол. Надо собраться с силами, но от попытки двинуться боль в животе увеличивается. Пищу, затылком врезавшись в стол, и сжимаю веки, дрожащими пальцами касаясь ноющего места. И нащупываю ледяную рукоятку. Нож. Он еще во мне.
— Черт возьми, — мычу, начав не только различать предметы вокруг, но и голоса. Кажется, это кухня, просто очень грязная, но мы явно не дома у Джо.
— Мэй? — Дейв, я могу видеть его, когда поворачиваю голову на бок, понимая, что все тело уже полностью охвачено каким-то нездоровым холодом.
— Джо не мог провести операцию, надо было сначала добраться до места, — парень говорит громко, зная, что сейчас в моих ушах и без того шумно. Напряженно смотрю на него, еле заглатывая кислород, от нехватки которого голова начинает кружиться.
— Мэй, ты слышишь меня? — парень опирается на стол, наклоняясь, и четко объясняет. — Сейчас Джо вытащит нож и зашьет рану. Ты потеряла много крови.
Не успеваю обработать информацию, как чувствую, что ледяной режущий предмет медленно скользит внутри, наверх, пробуждая во мне все ощущения, связанные с болью.
— Вот, черт… — хнычу, запрокинув голову, и невольно начинаю дергаться, пытаясь руками остановить мужчину, который параллельно включает настольную лампу, чтобы лучше видеть рану.
— Лежи спокойно, это неприятно, знаю, — Дейв перехватывает мои запястья, удерживая, но я не прекращаю крутить головой, кусая губы. Нож изъят. И теперь меня поглощает чувство пустоты, словно во мне дыра, так оно, конечно, и есть, но ощущение одно из самых отвратительных. Холодный воздух просачивается, мне не составляет труда прочувствовать, как мороз проникает внутрь, касаясь стенок органов.
— Боже… — плачу, сжимая ладони в кулаки. Джо начинает обрабатывать рану. Щиплет. Больно. Чертовски больно.
Если бы я была морально и эмоционально сильнее. Если бы не была так выжата последние дни, то, возможно, удалось бы прикусить язык и терпеть молча, лишь пропуская слезы, но сейчас все совершенно иначе. Я реву. Я верчусь. Я не могу справиться с собой.
— Введи ей наркотик, — голос Дейва срывается. Он уже стоит у края стола, так что макушкой упираюсь ему вниз живота. Сдерживает мои плечи и руки. Джо с чем-то возится. Я не разбираю слов. Сознание больше не может обрабатывать их поток, поэтому слышу лишь громкие тональности общения этих двоих. Мой организм направлен только на переработку боли. В глазах все смазано и не просто от слез. Уже само сознание блокирует зрительное восприятие. Дейв берет одну мою руку, вытягивая по поверхности стола, и чувствую, как холодная игла пронзает кожу, что-то мерзкое по ощущениям, ледяное проникает в вену. Оно жжется, и это жжение быстро распространяется по всему телу, охватывая каждую клетку. Мычу, выгибаясь, будто смена положения поможет мне как-то ослабить ощущения, но нет.
— Мне больно, — пищу, сжав веки. Дейв наклоняется, пальцами убирая влажные локоны волос с моего лица:
— Мэй, потерпи, — чувствую, как игла пронзает кожу, как крепкая нить скользит по ней. Джо начинает зашивать? Черт.
— Сейчас тебе станет легче, — уверяет, а сам постоянно что-то говорит мужчине на повышенных тонах. Начинаю ровно дышать. Иногда прерываюсь на активное заглатывание кислорода. Глаза не раскрываю, но еще нахожусь в сознании. Чувствую. Нить стягивает кожу. Боль. Но молчу, будто крик запирается внутри, не выходя из разодранной глотки. Голова лежит на боку. Кто-то сжимает мое запястье, следя за пульсом. Скорее всего, Дейв. Неважно. Главное, что сейчас я далека от всего происходящего. Мне удалось позабыть, каково это — оказываться в невесомости в собственной голове. Рук, ног практически не чувствую. Жжение перешло в горло. А темнота уносит сознание, поэтому постепенно, с чувством легкого покалывания, теряю сознание, как и остаток эмоциональных сил.
***
Заканчивает работу. Джо отрезает лишние нитки, берет водку, чтобы обработать шов. Он работал с ранами парней, поэтому не особо заботился о внешнем виде шрама, но сейчас, честно, мужчина пытался сделать нормально, ровно, хоть и не совсем вышло, но его совесть чиста.
Они добрались до загородного дома, фермы за полтора часа. Долгий путь, но останавливаться нельзя было. Как только Дилан с напарником задержались, так сразу их начали искать. В этом Джо не сомневается. Так что необходимо тут же скрыться, тем более О’Брайен мог в любую секунду прийти в себя, хорошо, что дорога прошла мирно. Вот только Харпер потеряла много крови.
Мужчина моет руки, поглядывая на Дейва, который поглаживает виски Мэй, хмуро изучая её лицо. Пульс в норме, но парень все равно с напряжением следит за дыханием.
— Я иду вниз, — Джо говорит о подсобке. Она не оборудована таким образом, чтобы держать там человека, но дверь — железная, она открывается только снаружи, так что при всем желании он не сможет сбежать. Тем более его приковали к кровати. Только чудо поможет парню выбраться.
— Как долго будет действовать наркотик О’Брайена? — Фардж снимает кофту, складывает и приподнимает голову Мэй, чтобы подложить под неё. — Тебе ведь нужно как можно скорее получить информацию, так? — смотрит на Джо, который вытирает руки о полотенце, поворачиваясь к парню лицом:
— Долго, на то он и особенный наркотик, — усмехается. — Но у меня нет времени, поэтому немного ускорю процесс.
Дейв хмурит брови, выпрямляясь:
— Ты собираешься пытать его? Он ничего не скажет.
— Знаешь, какое главное в преимущество данного наркотического средства? — мужчина бросает влажное полотенце в раковину и переводит взгляд на Фарджа. — Оно временно нейтрализует чувство боли. Но для поддержания бесчувственности нужен постоянный, регулярный прием таблеток, а у Дилана этого не будет. Следовательно, при помощи принесения боли я скорее верну ему, так называемое здравомыслие, — вынимает пачку сигарет, чтобы закурить. Делает это медленно, а Дейв продолжает напряженно наблюдать за ним, сжимая запястье девушки: