Когда у тебя есть чувства к человеку, тяжело придерживаться одному курсу развития ситуации, особенно, когда этот курс полностью пропитан негативом, в то время, как твоя жизнь сама полна черноты. Под давлением желания чего-то светлого сдаешься.
Харпер поднимает брови, дернув протянутой ладонью перед лицом парня, чтобы тот уже дал ответ, а то тишина немного напрягает.
Дилан не считает этот жест правильным в отношениях между ним и Мэй, поэтому поступает по-своему, когда больной рукой обнимает девушку за шею, сделав большой шаг к ней. Ставит Харпер в тупик, хоть и происходит все быстро. Губами касается её макушки, оставив короткий поцелуй, и отпускает, зашагав в сторону коридора:
— Я спать, — нет, просто бежит, так как замечает, что Мэй слегка растерянна. Она ожидала рукопожатия, ожидала игнорирования её ладони, мизинца, ждала кивка или хмыканья, но опять Дилан поступил совершенно иначе. Его сложно понять, его действия не предугадать. Харпер оглядывается назад, успевая зацепить вниманием парня, который покидает кухню, сворачивая в сторону подвала.
Мэй пальцами касается макушки своей головы, немного оттянув вьющиеся волосы.
И спокойно улыбается, скрыв губы под ладонью.
Вот только больную руку пронзает. Девушка морщится, начинает активно разбинтовывать повязку, что наложила вчера. Всеми силами боролась с возможной инфекцией. Использовала все, что нашла у Джо, но рана все равно кровоточит.
Смотрит на следы от зубов собаки, что набросилась на неё. Выглядит лучше. Но болит.
Глава 53.
— У нас совсем нет еды, — Дейв мешает сахар в кружке, осматривая помещение кухни. — Джо говорил, что здесь неподалеку рынок есть, — переводит взгляд на Лили и Мэй, которые о чем-то все это время щебетали, а теперь обращают на него свое внимание.
— Думаешь, надо съездить? — Роуз пьет чай, поглядывая на часы. — Скоро темнеть начнет, — она еще чувствует себя скованно, но присутствие Харпер прибавляет уверенности, правда, та ведет себя немного странно. Она громко говорит, иногда слишком долго смотрит в одну точку, уходя в себя. Такое чувство, что ей нехорошо, но девушка лишь машет ладонью у лица, когда кто-то спрашивает её о самочувствии.
— У меня есть карточка, — Мэй потирает лоб, немного морщась от легкой головной боли. Её сердце в груди ненормально активное. Каждый удар отдается давлением в висках, в конечностях, пульсация ощущается даже в кончиках пальцев.
— Не думаю, что на рынке среди леса будет аппарат для оплаты по карте, — Дейв вздыхает, еле заметно стреляя взглядом в Роуз, которая отводит глаза от него, откашливаясь:
— Этот ваш Джо скоро вернется? — начинает разговор, стуча ложкой о края кружки.
Завязывается разговор. Легкий, без напряжения. Простое обсуждение, и Мэй расслабляется, хоть её состояние не становится лучше. Рука ноет. Стоит еще поработать с укусом.
Харпер ставит локти на стол, подпирает лицо ладонями, наблюдая за говорящими с ноткой скованности парнем и девушкой. Лили постоянно касается тонкими пальцами своего пучка из волос, что ещё не высохли после душа. В такой большой, широкой футболке она кажется худее, чем есть на самом деле, но её состояние и без того вызывает волнение. Роуз смущенно улыбается, когда Фардж изо всех сил пытается не смеяться так громко. Кажется, они шутят, поэтому Харпер приходится улыбнуться, чтобы не вызывать сильных подозрений. Ей нравится такая атмосфера. После серьезного стресса именно такие посиделки весь день за столом с кружкой чая ей были необходимы. Наслаждается улыбками друзей, которые иногда прерываются, долго смотря друг на друга. Мэй чувствует, что должна оставить их наедине. Да, они уже сидели какое-то время вместе на втором этаже и говорили, но им явно нужно больше часов друг с другом. И Мэй готова предоставить им возможность окунуться с головой в свою неловкость, поэтому вздыхает, касаясь пальцами лба:
— Я пойду, прилягу, — начинает подниматься со стула.
— Тебе нехорошо, да? — Лили переводит на подругу взгляд, и Харпер слегка морщится, кинув, правда, в следующую секунду внимание всех присутствующих переходит на парня, который даже не бросает на ребят взгляд, пока бредет по коридору, шаркая ногами, и потирает сонные веки. Начинает подниматься, сутулит спину.
— Что ж, — Дейв протягивает слова. — По крайней мере, он выспался.
— Я пойду, — Мэй моргает, разворачиваясь, и спокойно направляется к лестнице, улыбаясь Лили, когда та желает хорошего сна, оставаясь с Фарджем наедине.
***
Да, я чувствую себя нехорошо, но сейчас поднимаюсь на второй этаж не для того, чтобы отправить свое сознание скорее в небытие. Меня клонит в сон, руки странно дрожат, но это от нестабильного сердцебиения. Не понимаю, что со мной, но одновременно с ноющим давлением в моем черепе, я ощущаю странный энергетический подъем. А это что-то явно ненормальное для моего организма.
Слышу шум воды, но не останавливаюсь в смущении, когда спокойно приоткрываю дверь ванной, взглянув на Дилана, который искоса смотрит в ответ, держа в руках футболку. Только успел снять.
— Эм, — начинаю активно искать слова в голове и ненавидеть себя за то, как взглядом изучаю его тело, еще покрытое синяками и ссадинами.
— Я собирался помыться, — он говорит первым и продолжает встряхивать футболку, оглядываясь назад, бросает её в открытую дверцу стиральной машинки, которую пинает ногой, возвращаясь к раковине.
Харпер. Имей чертову совесть, и смотри ему в глаза, а не на…
Взгляд замирает на его руках. Даже сейчас без труда можно увидеть, как сокращаются мышцы, пока парень моет ладони. Он так напряжен? Моргаю, отводя глаза в сторону, и медленно закрываю за собой дверь, оставаясь в ванной комнате. Стоит выйти? Прижимаюсь спиной к поверхности двери, пальцы сжимая в замок позади. Уйти, верно? Смотрю на парня, точнее, на его плечи, руки…
— Мэй, — Дилан уже какое-то время стоит без движения, через отражение в зеркале наблюдает за мной, ладони оставляя под струей холодной воды. Не вздрагиваю от неожиданного обращения, хотя в животе приятно покалывает боль, когда мой спокойный взгляд поднимается выше, устанавливая зрительный контакт:
— М? — мычу непринужденно, словно ничего странного не происходит.
— Я собирался принять душ, — повторяет, а мне лучше держать язык за зубами, особенно сейчас, когда я очень странно себя чувствую:
— Ну, вперед, — говорю спокойно, расслабленно переступив с ноги на ногу. О’Брайен поднимает голову выше, начав хрустеть пальцами. Смотрит на меня, он скрывает, но вижу, что еле сдерживает усмешку, когда делает напор воды сильнее, начав искать на полках шампунь. Только сейчас замечаю, какая бледная у него кожа, а от количества родинок на ней непроизвольно начинаю улыбаться, пальцами касаясь губ.
— Хватит пялиться, — О’Брайен все-таки позволяет себе пустить смешок, пока умывает лицо. Тянет время. Не скажу, что я случайно замечаю странную отметину на его коже, скорее, это плод сильно заинтересованного изучения:
— Что у тебя там? — отрываюсь от двери, хмурясь, и подхожу к парню, который сжимает губы, еле сдерживая свое желание выставить меня. Хотя, если бы хотел, давно бы сделал.
Касаюсь пальцами его предплечья, с напряжением скользнув ими по выжженной ране. Знаете, как помечают лошадей и прочий скот? Прижигают номер или какой-то символ. Так вот здесь я вижу цифру шесть.
— Что это? — хмурюсь, продолжая водить пальцами по номеру, а Дилан дает ответ с полным равнодушием, будто подобное не выходит за рамки морали:
— Мой номер, — встряхивает ладони, взглянув в зеркало, чтобы изучить состояние лица. — Всего шесть гончих. Я был вторым, но, после случая с Дейвом, стал шестым, — усмехается. — Меня понизили.
Со всей серьезностью смотрю на парня:
— Говоришь так, словно гордишься этим.