… Пальцем касается её носа, осторожно, не дыша. Харпер не шевелится, хотя свободно может дернуть руками, отпихнуть от себя мужчину, ведь он её не держит. Лукас хмурит брови, моргает, чувствуя, как впервые за столько лет его сердце сжимается с такой силой, словно кто-то пронзает грудь рукой, пальцами стиснув наполненный кровью орган.
Оно еще есть. Сердце. Оно бьется внутри него.
Но, к сожалению, его время подошло к концу.
Рывок в сторону. Дилан плюет на боль в запястьях, хватает Лукаса за плечи, бросая от Харпер, которая не шевелится, теперь уставившись в потолок. Парни валят мужчину на пол, действуют быстро, даже не задумываясь. На автомате. Как их учили. Дейв сжимает шею мужчины, Дилан крепко держит нож в руке, садясь сверху, чтобы обездвижить человека. И поднимает оружие. Не морщится, вонзая в грудную клетку мужчины. Фардж с животной резкостью оттягивает голову Лукаса, резко дергая в сторону, до хруста, а О’Брайен повторяет сильный удар, но уже вонзает острие до конца в шею. Глубоко.
Харпер давно приседает. Давно тихо дрожит, наблюдая за процессом, и опять улавливает очень важную деталь. Лукас даже не сопротивлялся. Словно принял этот исход, принял конец своей эпохи.
Человек мертв. Мертва и его вселенная, содержащая воспоминания. Его нет.
Парни тяжело дышат. Смотрят на тело Хозяина, будто осознают… Одновременно поднимают головы, уставившись друг на друга. Смотрят.
Они сделали это?
Дейв нервно улыбается, закивав головой, и Дилан так же усмехается, но резко дергает головой:
— Дверь, — оглядывается, пихая друга по плечу. — Запри дверь! — не контролирует голос, поэтому кричит, пока сам бросается к Мэй, падая на колени. Рукой сжимает её плечо, дергая:
— Эй? Эй? — второй ладонью касается лица, потирая холодную щеку. Харпер еле отрывает взгляд от тела Лукаса, чтобы установить зрительный контакт с парнем, который не может не улыбаться, хоть и понимает, что пока они не на свободе, но… Но он… Тянет к себе девушку, крепко сжимает руками её тело. Мэй не двигается. Не моргает.
— Все хорошо, видишь? — чувствует, как колотится её сердце. — Тихо, — грубо гладит по волосам, подняв взгляд на Дейва, который запирает дверь, командуя:
— Надо… — панически осматривает помещение, явно еще не веря их везению. — Давай, — подгоняет Дилана, и тот кивает, вскакивая на ноги, тянет Харпер за руки наверх, чтобы девушка встала, и просит:
— Сейчас, — нервно облизывает губы, сбито дыша. — Сейчас помоги мне, — рукой давит на её лицо, заставив взглянуть на себя. — Слышишь? — еле принимает серьезный вид, сглатывая. — Помоги мне, — смотрит в её глаза. Харпер еле кивает, все еще находясь в ином месте морально. Не приходит в себя. Шок главенствует в сознании, но даже в таком состоянии девушка вспоминает о своей задаче.
Не быть обузой.
Дилану тяжело.
Она должна помогать.
Активнее кивает, сжимая губы, а на глазах вновь выступают слезы. Пытается хмурить брови. Дилан кивает в ответ, проводя пальцами по её щекам:
— Давай, — оглядывается. Дейв выбивает решетку на окне, выглядывает, оповещая:
— У нас мало времени. Сейчас все возвращаются из зала, — оборачивается. — Это пятый этаж. Там внизу есть небольшая пристройка, что-то вроде помещения для электричества, — смотрит на Харпер, затем вновь на друга. — Придется прыгать, — ставит перед фактом. О’Брайен опять глотает комок сухости во рту. Опускает взгляд на Мэй, которая все это время не отрывает от него глаза.
— Надо прыгать, — парни еще умеют правильно группироваться, у них был в этом большой опыт, но, что делать Харпер. Сомнения и страх в её глазах очевидны.
— Я поймаю тебя, — Дилан растирает её плечи, отпуская, и отходит к дальней стене, чтобы разбежаться.
— Где-то метров пять, — Фардж подходит к Харпер, невольно притянув к себе, словно боясь, что она сейчас просто рухнет на пол без сил. Дилан напряженно сжимает ладони в кулаки, наклоняется, одной стопой упираясь в стену, и отталкивается, рванув к подоконнику. Высокий подъем ноги, последний толчок от окна в сторону улицы. Харпер срывается с места, бросаясь к стеклу, со страхом видит, как О’Брайен группируется, приземляется на плоскую поверхность пристройки, перевернувшись через плечо, и тормозит, ногами упираясь в пол. Пальцами хватается за жесткую поверхность, чтобы точно затормозить, и вскидывает голову, скрывая адреналин в глазах. Смотрит на Мэй, понимая — она не сможет допрыгнуть, но иного варианта нет. Ей придется. Он вскакивает, ощущая колкую боль в ступнях. Подходит к краю пристройки, подняв ободранные ладони, и шепчет губами: «Давай».
Мэй переводит взгляд на Дейва, который так же скрывает свое сомнение. Моргает, прося:
— Оттолкнись как можно сильнее, поняла?
Харпер не уверена, как решается на подобное безумство. Морально она давно смирилась со своей смертью, поэтому совсем не страшится за жизнь, когда отступает к стене. Поднимает заплаканные глаза на окно.
Она успела принять смерть.
Поэтому не боится разбиться.
Рывок вперед. Изо всех сил, ведь… Надежда, где-то в груди, она всегда хранится в человеке, и Мэй чувствует её, пока одной ногой вскакивает на подоконник, и ею же отталкивается, ощутив, как тело парализует невесомость. Все мысли покидают голову. Остается лишь одна, и её бросает в сознание Дилан, когда кричит:
— Ногами! Ногами упрись! — а сам, зная, что она не допрыгнет, падает на колено, вытягивая руки. Хватает девушку за запястья рук, с болью сжавшись от явного сердечного приступа. Мэй упирается ногами в стену пристройки, но звенящая по костям боль быстро распространяется по телу, ударив в голову. И Мэй вскрикивает. Дейв с паникой следит за тем, как Дилан затаскивает Харпер на крышу, кивнув ему. Парень отходит назад, слышит стук в дверь. Все. Времени точно нет, поэтому разбегается, минуя подоконник. Дверь выбивают.
О’Брайен отползает в сторону, ведь его друг не рассчитывает траекторию, пролетев рядом, переворачивается, но неправильно, отчего удар о жесткую поверхность приходится на ту же больную спину. Но Фардж не позволяет себе раскиснуть. Он кряхтит, срывая голос:
— Они там! — взглядом скачет от окна на Дилана, который сжимает Мэй, активно растирая её голень. — Бежим! — приходится встать. Бежать. Каждый шаг — иглы пронзают ступни Харпер. Но она не отпускает ладонь О’Брайена, который несется за другом. Впереди конец крыши, каменный забор с острой проволокой, пущенной поверх. Мэй даже не спрашивает. Она хочет закричать, но сжимает рот, когда видит, как Дейв прыгает, минуя опасную перегородку. И Дилан до хруста сжимает её ладонь, дав понять. Придется прыгать.
И они прыгают. Прыгают, не зная, на что приземлятся. Прыгают в неизвестность.
Фардж падает копчиком на лобовое стекло, но не разбивает его, а лишь заставляет местами треснуть, скатывается на землю, морщась. Дилан и Мэй падают на крышу салона, валятся вниз, на грубую кладку асфальта. Но их пальцы продолжают сжимать ладони.
Дверца хочет распахнуться. Какой-то мужчина с угрозой желает выбраться наружу, но О’Брайен переворачивается на спину, пнув ногой дверцу, которая врезается Псу по лицу. Приходится вскочить, не дав себе прийти в себя. Дейв мычит, еле поднимаясь на ноги, Дилан распахивает дверцу, перехватывая кулак мужчины, и с локтя наносит несколько ударов в нос, а Фардж подскакивает к другу, сильно и резко ударив кулаком в кадык врага.
Тело отбрасывают в сторону. Не позволяют себе сорвать дыхание. Мэй еле приседает на колени, чувствуя, что все ее тело немеет. Дилан садится за руль, начав заводить мотор, а Дейв помогает Харпер встать. Открывает дверцу заднего сидения, шепотом просит сесть. Краем глаза замечает движение, поэтому поворачивает голову, видя, как из-за ворот выходят Псы. Они что-то кричат, бросившись в сторону машины. Дейв быстро занимает место рядом с водительским: