Прямая осанка, голову выше. Взгляд такой, словно все вокруг ниже неё. И вперед.
Харпер держит в руках сверток. Она прижимает его к груди с особым трепетом и заботой. Тихо напевает старую мелодию, знакомую ей с детства, укачивая, убаюкивая. Мокрая одежда не согревает, но может ли это быть сейчас важным для неё? Вот он — смысл её существования. Прямо в её руках. И теперь она не даст его в обиду. Не отпустит, не позволит причинить ему вред. Ведь тогда, в тот день она не смогла защитить его.
Перебирается через перегородку с табличкой «опасная зона» и спокойно идет дальше, даже ускоряется, с нежной улыбкой смотрит на его личико, пальцем смахивая капельку дождя. Мокрые волосы путаются, но Мэй всё внимание дарит ему, так что морально не готовится к тому, что может произойти в следующую секунду. И происходит это внезапно. Темные стены, темный потолок, темнота и мрак. Она повсюду. Она так близка, родна и знакома, что Харпер даже не думает, что может находится не в безопасности. Она буквально не осознает, что секунду неосторожности нападающего — и девушка получила бы удар, но атакующий смекает резко, остановив биту у её головы. У виска. Харпер застывает. Она медленно поднимает голову, с угрозой смотрит на Дилана, который… Что ж, который немного потерян, ведь ждет он здесь совершенно другого человека. ОʼБрайен делает шаг назад, тяжело дышит через нос, теперь уже принимая злое выражение лица, сводя брови к переносице. Молча смотрят друг на друга, вновь отдаваясь этой зрительной войне, которую девушка проигрывает, опустив взгляд на ребенка в руках. Прикрывает его личико тканью, когда парень следует за её взглядом, но тишина рушится. Шаги. Тот, кто направляется сюда, явно не скрывает своего присутствия. Дилан скользит языком по сухим губам, сощурившись, и довольно сильно бьет девушку по плечу битой, заставив отшагнуть в сторону, ближе к колоннам, а сам выходит из темноты, выглядывает, смотря на человека, который перешагивает ограждение, оглядываясь. Слишком нервно ОʼБрайен сжимает биту, от напряжение вздрогнув, услышав тихий голос прямо за спиной.
— Кто это? — Харпер просто шепчет, а Дилан уже готов снести ей голову с плеч. Он отшагивает назад, среагировав на слишком близкое расстояние между ними. У него нет времени выяснять отношения с ней. Ему нужно выполнить задание. Грязную работу. Верно, кто, если не он? Никому не охота пачкать руки, а ОʼБрайену просто плевать. Он прикусывает язык, бросая взгляд на мужчину с широкими плечами, который вынимает из кармана ножик. Такими темпами Дилан не успеет настроиться. Он прижимается спиной к колонне, запрокинув голову, дышит тихо, приводя биение сердца в порядок. Грохот позади вынуждает действовать. Но парень не готов морально. Он опускает взгляд на девушку, которая спокойно смотрит на него, стоя всего в нескольких шагах. Её могут заметить. ОʼБрайен моргает, хмуро, хотя пытается изгнать из себя эмоции, режет взглядом лицо Харпер, которая собирается сделать шаг в сторону, чтобы выглянуть из-за колонны, что побуждает парня открыть рот, невзирая на его собственное отвращение к сложившейся ситуации:
— Сиди тихо, — шепчет хрипло, сдерживая кашель. Горло болит. Мэй не нравится приказной тон, поэтому она гордо вскидывает голову, умело дав по роже при помощи одного взгляда, и прижимается спиной к колонне, чуть было не коснувшись своим плечом плеча ОʼБрайена, который дергает себя, побуждая двигаться. Уверенно держит биту, собираясь выйти в поле зрения своего врага, но вновь останавливается, когда слышит:
— Ты собираешься побить его? — Боже, Харпер, как можно оставаться настолько наивной? Побить? Они не в детском саду. Но именно что-то всё ещё не омраченное в сознании девушки, что направляет её мысли, заставляет Дилана оглянуться. Он с явной надменностью изучает спокойное выражение лица Мэй, чуть было не рассмеявшись. Правда, смех застревает в глотке. Харпер думает, что он собирается просто покалечить его, потому что это было бы разумнее. Если кто-то что-то не поделил между собой, то всё ограничивается обычно дракой. Вот только положение парня не совсем «нормальное». Его понятие «нормального» давно затерялось в темноте.
Имя твоей темноты?
Мэй непринужденно моргает, она уверена, что все те угрозы, что Дилан бросает направо и налево, — это всего лишь метод запугивания. Те слухи, которые окружают его в школе, это простая игра слов. Ведь не может же на самом деле он быть настолько бесчеловечным? Так?
ОʼБрайен покусывает внутреннюю сторону нижней губы, скользнув по ряду зубов языком, и поддается своему напряжению, шепнув:
— Не смотри, — это очень странная просьба кому-то покажется вполне обычной, но только не ему. Дилан ОʼБрайен просит Мэй Харпер не смотреть. Почему? — Уходи, — отводит взгляд, поворачиваясь к ней спиной, и уже не выигрывает время для того, чтобы психологически настроить себя. Выходит из-за колонны, когда мужчина проходит вперед по платформе. Тогда-то враги и замечают друг друга.
Мэй опускает голову. Взглядом скользит по бетонному полу, прислушиваясь к тишине за спиной. Они даже не говорят. Они оба пришли по одной причине, и пустословить им незачем. Девушка прижимает к груди ребенка, слышит, как скрипит подошва, тяжелое дыхание, изредка сменяющееся стонами от боли. Звук удара. Харпер осторожно опускает сверток ткани на пол, снимая с плеч рюкзак, и подходит к краю колонны, выглядывая.
Дилан избегает прикосновений. Он с удовольствием попадает под нож, главное, не соприкоснуться. Движения должны быть резкими, действия решительными и не вызывать сомнений у врага. Противника, который пришел сюда с той же целью. Они даже не знают друг друга. Просто каждый выполняет поручение. Дело принципа. ОʼБрайен бросает взгляд на край платформы, после на руку мужчины, в которой он держит острое оружие, и реагирует, не жалея своей ладони. Левой рукой хватается прямо за нож, пальцами сжимая, когда враг пытается вырвать, и не ждет, размахиваясь битой. Бьет по коленке соперника, выбивая чашечку, отчего мужчина косится вбок, желая ухватиться руками за одежду парня, но тот отскакивает назад, отпустив его холодное оружие. Кровавой ладонью так же сжимает рукоятку биты, повторно размахнувшись, и наносит удар по голове мужика, который не теряет сознание, но забывает о равновесии, поэтому валится с платформы вниз, на рельсы. Каждая секунда на счету. Харпер выходит из-за колонны, с испугом и тревогой смотрит на Дилана, который спрыгивает с платформы.
Он ведь не собирается…
Одной ногой наступает на шею мужчины, который начинает барахтаться под ним, ладонью хлопая по земле в попытке нащупать нож. ОʼБрайен громко втягивает в легкие воздух, собрав оставшиеся силы, и размахивается, поднимая биту.
— Эй! — Мэй с ужасом бросается вперед, не в силах смотреть со стороны. Дилан слышит, и это его отвлекает, вынуждая всего на мгновение бросить взгляд в сторону. Бьет по голове мужчины битой, но одного удара не достаточно, чтобы убить его, поэтому повторно размахивается, с удовольствием видя, как корчится лицо этого ублюдка. Это будет последний удар, и ОʼБрайен полностью отдается ему, не замечая, как Харпер спрыгивает с платформы, руками хватается за его предплечье до того, как осознает, что делает. Сжимает, впивается пальцами в ткань одежды, и организм Дилана реагирует незамедлительно. Первым делом парень переводит до ужаса пугающий взгляд на девушку, и она с готовностью прикрывает руками голову, боясь, что вот-вот получит битой, но слышит только, как тело падает на землю, поэтому сутулит плечи, взглянув со страхом на парня, который начинает кашлять, старательно переворачиваясь набок. Его запястья странно выворачиваются, словно они у него сломаны, лицо выражает самый настоящий гнев. Харпер практически не двигается, не дышит, лишь сознание продолжает шептать: «Что ты, черт возьми, сделала?!» Но она не может поверить, что Дилан с такой легкостью собирался убить кого-то. Это неправильно. Так не должно быть.