— Харпер, — голос Донтекю никак не влияет на меня, поэтому поднимаю на него глаза, сохраняя немного надменную улыбку на устах, и мужчина продолжает спокойным тоном, словно между нами ничего не происходило:
— Идите сюда, — ладонью подзывает, держа ручку. Не теряюсь, когда учитель предлагает мне сесть на стул рядом с ним, что делаю, не колеблясь. Он возится с журналом? Зачем ему понадобилась я? Опять начнет свою шарманку? Меня не пугают его угрозы.
— Вы забыли, как заполнять журнал? — с сарказмом обращаюсь к нему, и Донтекю вздыхает, понимая, за какого кретина я его держу. К моему удивлению, мужчина сохраняет равнодушный тон, продолжая говорить, но тихо. Не хочет, чтобы нас слышали? Это не проблема, если учесть, какой шум стоит в кабинете.
— Смотрю, вам не нравится мистер ОʼБрайен, — уверяет. С каких пор он обращается ко мне на «вы»? Ему явно что-то нужно от меня, раз уж мы перешли на официальный стиль общения.
— С чего вы взяли? — делаю вид, что меня не особо интересует разговор, демонстративно разглядывая свои бледные ногти.
— Я предлагаю нам объединить усилия, — говорит, и я хмыкаю, сощурив веки:
— Что ещё за…
— Вам он не нравится, он мне мешает, — Донтекю перебивает, что-то чиркая в журнале. — Так… В чем проблема? Вы — староста. К слову, наш директор в вас души не чает. Я — учитель. Плюс социальный педагог. Мы сможем избавиться от проблемы. Вам разве не надоело получать по голове из-за него? — звучит заманчиво, вот только…
Исподлобья смотрю в сторону парты, за которой сидят Дилан и Дейв, а Фардж как раз что-то шепчет другу, не сводя с нас с учителем взгляда. Дилан резко поднимает голову, тут же восстановив зрительный контакт со мной. Дейв продолжает что-то шептать, хмурясь, а ОʼБрайен сутулит плечи, опираясь локтями на стол, и нервно стучит ручкой по его поверхности. Самое удивительное, что в данный момент парень даже не пытается разобрать меня мысленно на части. Он будто… Спрашивает меня взглядом, при этом сжимая зубы, ведь в любом случае, не ждет ничего хорошего от Донтекю. Изогнув брови, я кое-как заставляю себя размышлять над сложившейся ситуацией: мне не нравится ОʼБрайен, одно его присутствие выводит из себя, но и к Донтекю не питаю никаких «теплых» чувств. Забавно осознавать, что в данный момент я нахожусь на развилке двух дорог, словно меня обязывают принять одну сторону, вот только учитель не понимает, что у меня свой собственный путь. Загвоздка в том, что если Донтекю хочет каким-то образом избавиться от Дилана, значит, на то есть причина. Это интересно, разве нет?
Мужчина продолжает что-то писать в журнале, создавая видимую занятость для окружающих, но только не для меня. Вижу, как он выводит круги ручкой, поглядывая в мою сторону и в сторону его заклятого врага, который не меняется в лице, продолжая напряженно всматриваться в мои глаза. Актерски вздыхаю, дав понять, что устаю от подобного дерьма. Их дерьма, к которому я не могу иметь отношения.
— Так, что? — всё ещё надеется убедить меня? Но мне противна сама мысль, что я приму его сторону. Перевожу на учителя взгляд, правда перед этим щурю веки, стараясь как можно сильнее пронзить мыслями парня. Донтекю и правда надеется на сотрудничество. Вижу это в его глазах. Учитель наверняка уже продумал план, и я играю в нем роль.
И мне нравится, что могу позволить себе так играть с другими. Рушить чьи-то надежды приятно.
— Знаете, — начинаю незамысловато, вздохнув и положив ногу на ногу. — Мистер Донтекю, если вы хотите убрать ОʼБрайена, значит, его присутствие вам чем-то мешает. Если он мешает, значит, приносит неудобства. Если приносит неудобства, то портит жизнь, — моргаю, довольно улыбаясь мужчине, который пока не понимает, к чему я веду. — Я не буду вам помогать, поскольку больше всего на свете желаю, чтобы таким людям, как вы, которые посмели повести себя грубо по отношению ко мне, было плохо, — моя улыбка сползает с лица, а взгляд учителя наполняется той самой знакомой яростью. — Я хочу, чтобы тебе было плохо, — шепчу с угрозой и удовольствием и поддаюсь вперед, сдерживая смешок. — Умри.
Донтекю сглатывает. Не могу не заметить его сбитого дыхания, поэтому с наглостью и чувством морального превосходства растягиваю губы в улыбку, поднявшись со стула. Иду, наконец, к своему месту, всё ещё ощущая на себе взгляд мужчины, который громко листает страницы журнала, кажется, порвав одну. Играю с огнем. Мельком смотрю на Дилана, и тот по-прежнему сверлит меня взглядом, что вынуждает с презрением фыркнуть. Сажусь за парту, ладонями пытаясь пригладить вьющиеся волосы, но безуспешно.
Урок начинается чуть позже. Больше Донтекю не смотрит в мою сторону. Видимо, обновляет свой план, добавляя в него пункт «избавиться от Харпер».
***
Наконец, приходит возможность покинуть кабинет экономики. Звонок давит на виски, но всё равно встаю уверенно, перекинув ремень рюкзака на плечо и взяв учебник в руку. Обхожу парту, устремившись в сторону двери, уже с горечью предвкушая растущий шум.
— Дилан, — слышу, как ругается Дейв, поэтому поворачиваю голову перед тем, как переступить порог класса. ОʼБрайен быстрым шагом сокращает между нами расстояние, поэтому ускоряюсь, на автомате пытаюсь затеряться в толпе покинувших свои кабинеты учеников. Оглядываюсь, позволяя спутавшимся локонам касаться моих щек. Дилан выходит в коридор, с прежней угрозой следует за мной, взглядом распиливая мою голову на части. Отворачиваюсь, внезапно понимая, что у меня нет причин бояться его. Да, он может ударить меня. И это всё. Расправляю плечи, прижав учебник к груди, и гордо держу голову, свернув к своему шкафчику. Открываю его и не даю никакой реакции на парня, который подходит практически вплотную, сжав ладони в кулаки. Непринужденно убираю книгу на полку, делая вид, что ищу что-то:
— И что на этот раз? — спрашиваю с вызовом, убрав локон волос за ухо.
— О чем вы говорили? — опять грубо, но как может быть иначе? Никак.
— С кем? — специально злю его, показывая, что мне плевать. Чувствую, как ярость со стороны «приятного» собеседника возрастает в разы. Он на пределе.
Удар. Да. Я замираю в ту же секунду, когда Дилан хлопает ладонью по дверце моего шкафчика, и та закрывается с грохотом. Правда, шум никого не привлекает. Быстро моргаю, не двигаясь с места, когда ОʼБрайен опирается рукой на шкафчик, нервно скользнув кончиком языка по губам. Оглядывается по сторонам, явно сдерживая злую ухмылку:
— Ты даже не понимаешь, с кем связываешься.
— Это ты про себя или про Донтекю? — наигранно задумываюсь, выдав. — Вы оба вполне стоите друг друга.
Зря. Я зря произнесла эту фразу, ведь выражение лица парня меняется моментально. Мне казалось, что тот его взгляд, которым он «награждает» меня ежедневно, это его предел. Так вот нет. Этот тип может выражать куда большую злость. У его ярости нет предела. Теперь приходит мой черед нервно сглатывать. Перевожу на него взгляд, хмуря брови, и не успеваю ничего придумать для ответа. Дилан говорит первым:
— Он тебе сказал? — не понимаю, о чем он, но парень вот-вот выйдет из себя. Окончательно. — Сказал? — прикусывает губу. Глубоко дышу, опять проглатывая комок в глотке:
— Не понимаю, о чем ты.
И ОʼБрайен смеется, на секунду наклонив голову. Он убежден, что мы с Донтекю что-то замышляем против него? Дилан вновь смотрит на меня, всё с той же ухмылкой:
— Он сказал тебе…
— О чем ты, черт возьми? — не сдерживаюсь, ругнувшись, и поворачиваюсь к парню всем телом, открыто демонстрируя свое злое непонимание. — Оставь меня в покое, — готовлюсь толкнуть его в грудь, но замечаю, что мысленно останавливаю себя, ведь знаю, как Дилан реагирует на прикосновения. Черт, это не должно беспокоить меня! И не беспокоит. Я лучше сожру собачье дерьмо, чем буду переживать о ком-то, кроме меня! Я толкну его. Прямо сейчас!
— Тогда, я тоже знаю, — его слова вызывают у меня смятение. Хмурю брови, качнув головой, и парень продолжает с особым удовольствием:
— Ты убила своего брата.
В голову ударяет. В ушах внезапно начинает звенеть, каждый хлопок дверцей отдается этим диким звоном, каждое сказанное слово окружающими меня людьми теперь оглушают. Я понимаю, что теряюсь. Чувствую, как земля уходит из-под ног, словно мое тело медленно проваливается в бездну, где эхом продолжает звучать: «Ты убила его». Не моргаю, вцепившись широко распахнутыми глазами в лицо ОʼБрайена, который усмехается краем губ, довольствуясь моей ответной реакцией.