Усталость взяла свое, Джулия не видела, как разворачивался катер, ее прибило ко дну лодки, она чувствовала, как по ногам растекается холод. В последний момент, до того как потерять сознание, ей в глаза забил луч света.
— Кто вы? — попыталась произнести она. В ответ лишь слышался непонятный гул и шум мотора.
— Где мы? — шепнула она, прежде чем картинка перед глазами начала предательски плыть.
— Серега! Зови наших, тут люди. Им надо в больницу срочно, берем курс на Севастополь!
— Понял, брат.
— Вот теперь можно выдохнуть — подумала Джулия, когда резиновая лодка стукнулась о корму шхуны.
Нас доставили в российскую больницу, моего мужа сразу положили на операционный стол, а меня реанимация отвезла в родильное отделение под особым наблюдением. По словам очевидцев, когда нас везли к берегу, я все время разговаривала, находясь в обморочном состоянии. Все время просила кого-то не оставлять нас и помогать грести. Через неделю Майкла удалось поставить на ноги. Он даже пришел к нам в палату, когда я уже лежала с ребенком на руках. Буквально спустя два дня после того, как нас нашли, дрейфующими в море, у меня родился сын. Не знаю, какими силами нам тогда удалось выжить, но мы находились буквально в каких-то десяти километрах от берега, когда нас заметили браконьеры. Через пять лет жизни в России, мы оформили гражданство. Первое время были сложности, пока учили новый язык, но здесь никто не смотрел на тебя косо, когда ты мог случайно проронить слово на украинском. Нам быстро помогли с документами и с устройством на работу. Через десять лет мы купили дом на берегу Черного моря, как я того и хотела. Спустя еще десять лет Леша — мой сын, почти двухметровый кареглазый парень стал чемпионом страны по бегу на 20 километров. Майкл получил работу на телевидении, ему выделили отдельные часы, где, как постоянный гость программы он выступал в роли политического эксперта.
Я рада, что мы здесь оказались после стольких мучений, теперь мы сможем прожить счастливую жизнь вместе, как всегда того хотели.
Леонова Юлия