– Я давно хотел сказать, что умею… Кое-что.
Она чувствовала странную связь в эту секунду. Точно невидимые нитки тянули ее к мужу… Их разделял всего шажок, и он пропал слишком быстро. Девушка подошла к Джеку, ведомая порывом накатившей на нее нежности. Их губы вновь коснулись друг друга, но на этот раз королева испытывала желание наравне с самим Джеком, чувствовала, что сердце ее бьется чуть быстрее. Ее тело словно тоже стало холоднее.
Приятно знать, что рядом с тобой человек, понимающий тебя, разделяющий невзгоды, выпавшие на твою душу. Анна частенько говорила Эльзе, что понимает ее, но это же совсем другое… Ты не можешь понять то, что случилось с кем-то другим, не тронув тебя и краем руки.
Его холодные пальцы липли к ее коже, оставляя на ней следы.
Или же Джек был теплым? Какая теперь разница… Гнев сменился радостью, а смелость вновь прильнула к уже побелевшим щекам, став ярким румянцем. Кровь кипела внутри Джека, и он осторожно опустил Эльзу на пол. Та сползла прямо в ванную, что словно была выдолблена в полу. Приятное чувство мазануло по ее животу, когда юноша одним движением стянул с себя рубаху.
Да, супруг хорошо сложен. Нельзя отрицать его достоинств, отвлекаться лишь на худшие из качеств. Джек даже не снял одежды с Эльзы… Он целовал ее шею, с умением хищника находя самые чувствительные участки. Королева легко подрагивала в его руках, ее живот касался его стального пресса, покрытого испариной. Эльза слышала, что Джек был солдатом, и в его теле отчетливо виднелась вся тяжесть тренировки войной.
Она раньше не замечала этого мелкого шрама, что был даже белее, чем его лоснящаяся кожа, так похожая на кость. Юноша почти незаметно улыбался, спускаясь к груди королевы… Когда его пальцы скользнули между ног девушки, он с радостью отметил, что супруга промокла от нетерпения. Тело начало предавать королеву не так давно…
– Эльза, так тебя это…
– Ну же, – шепнула она, прикрывая глаза.
Что-то внутри клокотало, толкало сердце вперед все сильнее, сильнее, сильнее. И Джек не мог не послушаться этой мольбы. Он, словно трепетный поклонник, приник к губам своей королевы. Как сладки ее уста в такие минуты, как приятно было касаться их в который раз, ласкать. Мять… И девушка отвечала лаской на ласку.
Когда Джек вошел в нее, Эльза тихо вскрикнула. Ее ладонь, что покоилась на спине юноши, вмиг стала тверже. Острые коготки впились в его кожу, заставляя ту покраснеть. Холодно, как же холодно… Как же приятно холодно вокруг. И как он горяч, как контрастен и сладок…
– Джек… – шепнула Эльза.
Как сладок момент.
Для них обоих. Королева чувствовала, что внизу вновь что-то клокочет. Но все ниже и ниже, спускаясь к самому нутру. Девушка закусила губу, стараясь не кричать. Она все боялась, что крики ее услышат. Возможно, если бы Джек рассказал ей о том, сколь толсты эти стены…
Эльза чувствовала его в себе, но не знала, сколь быстры движения юноши. Она лишь стонала в его объятьях, прижимала к себе, надеясь, что это никогда не кончится. Слабость кружила ее телом, словно ветер, играющий пером… И только желание давало ей силы, только это сладкое чувство, что текло по ногам.
А потом они задрожали… Ее ноги, ее руки. Все ее тело дрожало, все ближе прижимаясь к Джеку. Юноша же закончил все тихим звериным рыком, уткнулся супруге в шею, опалив ее бледную кожу своим горячим дыханием. Горячим ли оно было? В тот момент никому из них не было до этого дела.
20. Лунное озеро
– А ты можешь…
Голос девушки внезапно стих, и потолок сохранил его слабый отзвук. Короткое эхо оттолкнулось от стен, пролетая под высокими сводами снова и снова. Юноша блаженно прикрыл глаза, проводя рукой по спокойной глади воды. Ему всегда нравилось бывать здесь, ощущать себя царем, единственным живым созданием, что способно выдержать наслаждение, что остальным кажется мукой.
Оказалось, что делиться запретными водами куда приятнее.
Ощущение избранности не прошло, оно усилилось, став тяжелее и вкуснее. Юноша неторопливо перебирал ногами, осторожно рассматривал дно. Он помнил, что чуть дальше от берега будет глубокая яма, и вода в ней синяя-синяя, ведет в глубину чего-то темного и страшного... Джек улыбнулся, подобравшись к Эльзе.
– Могу, – ответил Джек.
– Ты же меня не слушаешь, – изобразив обиду, парировала королева.
Воды подземного озера слишком холодны для людей, состоящих из чистого тепла. Внутри Эльзы же был только лед, и вода, омывающая ее стопы, только делала его крепче. Девушка кротко улыбнулась, когда Джек потянул ее ногу на себя. Он все пытался стащить супругу вниз, искупаться вместе с ней еще раз.
– Зачем тебе тратить время на слова, если я и так все знаю? – спросил юноша.
Ступени, на которых отдыхала супруга, были шершавы. Джек боялся, что кожа его несчастной Эльзы может повредиться, обрести нежелательную «красоту» шрамов, потому прекратил тянуть. Девушка сморщила носик, кротко улыбнувшись. Такое обращение с Джеком, которого стоило бояться, казалось ей странным. Впрочем, разве жене не положено… Любить?
Звуки здесь совсем другие.
Голоса и шлепки воды поднимаются ввысь, точно облака, сотканные из звука. Там они наливаются светом, пока не покинут своды подземного убежища навсегда. Юноша улыбнулся, когда Эльза спрыгнула вниз. У берегов вода доставала ей чуть выше колен, но если идти дальше, то она быстро дойдет до острых плеч.
– Смотри, – шепнул Джек.
Но в подземной пещере словно не существовало тихих звуков. Голос Джека был в несколько раз громче, чем обычно. Слова отдавались эхом… Рука Джека медленно поднялась из-под воды, послышался короткий всплеск. Королева замерла, ожидая. Интересная вышла игра… Интересная.
Юноша улыбнулся, прикрыв очи. Он уже знал, что девушка ждет, но не спешил действовать. К чему гнать так быстро? В конце концов… У них впереди слишком уж много времени, которое нужно занять чем-то не только приятным, но и интересным. Если Джек все еще мог… Выбрать иное занятие, то Эльза желала передохнуть от уже выполненного.
Голубоватое свечение заняло его бледную ладонь, свет искрился инеем. Эльза узнала магию, почувствовала ее близость, улыбнувшись. Воды такие теплые и холодные одновременно… Как Джек. Он далекий, он близкий… По поверхности воды пробежали длинные нити морозных узоров, когда юноша опустил руку. Они тянулись к Эльзе, словно пальцы бездыханного мертвеца, желавшего в последний раз ощутить дыхание жизни на своей иссохшей ладони.
– Давай, не волнуйся, – вновь шепнул юноша.
Но это не так легко.
Ее же всю жизнь учили не тому. Силу нужно прятать, ей не нужно гордиться. Девушка хорошенько запомнила урок, преподанный родителями много лет назад. И теперь, когда их уже нет в живых, Эльза все еще слышит голос отца, когда снежинки танцуют в ее ладонях. Ради этого они умерли?
– В этом нет ничего плохого, – ободрил ее Джек.
Королева закрыла глаза. Ее пальцы медленно сжались, словно стараясь ухватить кусок холодной воды. Мороз, что медленно полз к девушке, остановился. Узоры поплыли в разные стороны, пока не достигли края пещеры. Странно это… Нигде больше магия не издавала это приятное сине-голубое свечение.
За всей этой какофонией тишины девушка и не заметила, как ловко Джек подобрался к ней. Руки юноши обвились вокруг ее талии, притянув супругу к себе. Эльза решила, что сейчас он окунет ее в воду и засмеется, как глупый ребенок, но юноша лишь ухмыльнулся, свершив задуманное. Эльза почувствовала, что на щеке ее отпечатался след влажных губ. Теплый след, что грел ее еще долго.
– Наверное, нужно было сказать раньше, – пожаловался юноша.
– Это многое могло… Облегчить.
Джек снова улыбнулся.
Казалось, что губы его уже ослабли от бесконечной растяжки, от постоянного движения. Но нет… Он все продолжал улыбаться, когда обдумывал… Что же могло пойти лучше, сообщи он с самого начала? Ведь Джек чувствовал родство с Эльзой давно, но это не мешало ему быть столь грубым…