Боль поселилась в душе Федора. Примерно через две недели после их «счастливого» семейного обеда он решил заехать в их первую СТО. Давно там не был, захотелось просто поговорить с мастерами, отдохнуть немного. Он подъехал к станции, мест для парковки не было, проехал чуть дальше, нашел место во дворе соседнего дома, закрыл машину. Когда он подходил к воротам СТО, через плотный кустарник, который высадили сами работники, заметил Михалыча, молодого мастера Владимира и еще парочку мужчин, которые дружно курили на лавочке. Судя по оживленной беседе, Владимир снова подшучивал над Михалычем. Сам не зная почему, Федор остановился за кустарником, на котором еще оставались ярко красные листья, закурил, прислушиваясь к их разговору.
- Михалыч, да ты романтик, - засмеялся самый молодой мастер Володя.
- А почему бы и нет? Разве романтиком можно быть до определенного возраста?
- Хм, как-то не задумывался, - ответил Владимир.
- Вот и я об этом. Ты даже не задумывался.
- Ты еще скажи, что любить можно до самой смерти, - снова решил подшутить над Михалычем.
- Можно и нужно. Вот я со своей Марковной скоро пятьдесят лет вместе, а люблю ее, словно в первый день. И она меня любит.
- Михалыч, а что такое любовь?
- Думаю, что ты не поймешь, - улыбнулся старый мастер.
- А ты попробуй. Ваше поколение должно же учить нас, подавать пример. Вот и поучи меня, что такое любовь.
Остальные мастера, которые с улыбкой наблюдали за их разговором, затихли, прислушиваясь.
- Я тебе так скажу — в моем понимании любовь, в первую очередь это забота, доверие, внимание, а потом уже все ваши постельные утехи, как вы там называете - «секс». Я со своей Марковной познакомился на последнем курсе техникума. Наши техникумы стояли рядом, общежития тоже. Много парней по комнатам девчонок бегали, любовь искали. Да и девки тоже от парней не отставали. Доступных было много, все на танцульки бегали, счастье свое там искали. А моя Марковна сразу же засветила одному искателю кулаком в глаз, когда он к ней руки свои потянул. Не смотри, что они сейчас маленькая да слабенькая. Она у меня ух какая боевая была, никому спуску не давала. Все парни ее стороной обходили. Мы с ней познакомились случайно. Я помог ей сумку из магазина до общежития донести, а она меня на обед пригласила. Когда я работать пошел, дали мне обшягу от автопредприятия. Она еще училась, но мы продолжали встречаться. Как-то пришлось мне выйти в праздничный день, много работы было. Мы с Марковной договорились, что после работы пойдем с ней погуляем куда-нибудь. Но я устал, как сволочь, домой пришел на последних силах и есть хотелось жуть как. Марковна как увидела меня, ни слова не говоря, вышла, потом вернулась через полчаса, принесла в баночке борщ, в кастрюльке картошку с котлетой, сделала мне чай. И тогда я понял, что нашел свою любовь. Другая бы потащила меня гулять, а она заставила меня поесть, лечь спать и сидела все время возле меня. Мы потом с ней наверстали, нагулялись до одури. И я предложение ей сделал. Ни разу не пожалел, до сих пор счастлив. Кстати, мы первый раз ну то самое только после свадьбы себе позволили. Так вот о чем я хочу сказать, что любовь, это когда твой человек видит, что ты устал, голоден и не требует выполнять свои прихоти, а заботиться о тебе.
- Ну ладно, я согласен, - не сдавался Володя. - Ты мне скажи, вот у нашего хозяина любовь?
Наступило молчание, Федор тоже замер в своем укрытии, ему так захотелось услышать, что же скажет этот умудренный сединами человек. Мастера притихли, стараясь не пропустить слова Михалыча. А тот сидел, тихо мотая головой, потом сказал.
- Нет у них никакой любви. Если Федор и любит жену, то она его нет. Это словно любить картину Джоконды, принести ее домой, любоваться ею, ухаживать, пыль с нее сдувать. А она позволяет смотреть на себя, не отдавая ничего в ответ, даже наоборот, все больше и больше требуя поклонения себе. Неправильная эта любовь. Жена у него словно пиявка, присосалась к мужику и пытается его под себя переделать, не видит, какой ей мужчина достался, верный, конкретный, как вы любите сейчас говорить. За ним, как за каменной стеной, а она эту стену разрушить хочет, построить что-то невразумительное, навешать на него розовых бантиков, заставить ходить матерого волка на задних лапках и розовой юбочке, улыбаться врагам, дружить с крысами. Нет у нее никакой любви, чисто потребительство.