Из меня вырывается резкий смех с тем немногим воздухом, что остался в груди.
— Ты правда думаешь, что я хочу спариться с одним из вас, чокнутых мистиков? Срочная новость, грубиян, мне вообще-то нравится, когда мое тело остается нетронутым!
Нахмурившись, он отпускает меня так, будто я его обожгла.
— Ты мне не нравишься. И я точно, черт возьми, тебе не доверяю.
Жадно глотаю воздух и тут же кашляю от жжения в легких.
— Моя сестра, может, и считает тебя особенной, но для меня ты — ничто. Если испортишь нам всё, то не доживешь до того, чтобы найти выход отсюда.
Меня охватывает замешательство. О чем, черт возьми, он говорит?
— Как я вообще могу что-то испортить? Меня похитили и притащили сюда, как кусок мяса!
Его челюсть сжимается, а взгляд темных глаз становятся жестким.
— И прекрати спать на открытом месте, где каждый мужчина имеет к тебе доступ. Еще бо́льшая идиотка, чем я думал.
С этими словами он выбегает прочь из пустых душевых, а я приваливаюсь к стене и судорожно глотаю воздух.
Маргарет появляется несколько секунд спустя, заламывая руки.
— Мне так жаль! Я пыталась остановить, но он пообещал, что не…
Поднимаю руку, заставляя ее замолчать.
— Маргарет, до сих пор ты была добра ко мне, поэтому задам этот вопрос один раз и хочу, чтобы ты сказала правду.
Слышно сглотнув, она кивает.
— Хорошо.
— Этот парень — твой брат?
Она закусывает пухлую нижнюю губу, слезы наворачиваются в голубых глазах.
Мое кровяное давление подскакивает.
— Ты издеваешься? Неудивительно, что все мужчины тебя игнорируют! Ты — большеглазая сестра единственного мистика третьего уровня в этом подвале!
— Я не хотела, чтобы ты меня боялась! — взмаливается она. — Все избегают меня из-за того, кто такой мой брат. Здесь так одиноко! И когда увидела тебя, — еще одну девушку — то поняла, что должна буду держать это в секрете, если хочу компании. Это же не страшно, правда? Пожалуйста, скажи, что не страшно!
Раздражение заполняет мои вены. Невероятно, блядь, просто невероятно.
— Ты солгала мне.
— Не лгала! Просто опустила небольшую деталь о своей жизни.
Со стоном шагаю обратно в горячую воду. Мысли несутся по кругу, заново проигрывая каждую деталь произошедшего.
Синнер — брат Маргарет, и он думает, что я скрываю мистические способности, — как и Министерство.
Если они брат и сестра, то разве он не мог просто спросить у Маргарет, мистик ли я? Ему действительно нужно было врываться в душ и требовать ответов вот так? Сердце всё еще пытается вернуться к нормальному ритму. Да, инстинкт самосохранения сработал на отлично. Правильно сделала, что не стала раздеваться до конца.
— Убирайся, — вздыхаю я. — Если пустишь сюда кого-то еще — включая твоего брата, — буду в ярости. Поняла?
Широко раскрытые глаза Маргарет вспыхивают надеждой.
— Поняла, — кивает она. — И снова: мне так жаль. Правда не ожидала, что он ворвется сюда.
— Всё нормально, — вздыхаю, тело тут же обмякает. — У меня такое чувство, что это больше не повторится, — по крайней мере, надеюсь на это.
Теперь понимаю, почему Маргарет здесь уважают. Ее брат — пугающий засранец.
Заканчиваю мыться без дальнейших вторжений и, когда выхожу, Маргарет уже нашла для меня одежду. Ополаскиваю свои отвратительные ботинки в воде, но не собираюсь снова засовывать в них ноги. Даже не уверена, что смогу — после того, как сняла их впервые за несколько дней.
Снимаю мокрый лифчик и трусы, быстро стираю их и убираю вместе с ботинками. Не уверена, что одежда останется нетронутой здесь, но, если утром она все еще будет на месте, смогу надеть ее снова. Маргарет нашла рубашку, которая велика мне размера на три, и пару мужских штанов, — пришлось подвернуть их на талии, чтобы держались — но это лучше, чем ничего.
Натягиваю ткань на кожу, которая только-только начала напоминать человеческую, — едва смогла отмыться от грязи и крови.
— Готова? — спрашивает Маргарет.
Киваю и зажимаю оставшиеся вещи под мышкой. Маргарет ходит босиком, как и половина мужчин здесь. Похоже, буду делать то же самое.
Она просовывает свою руку под мою, когда идем обратно в главное подземелье. Что, черт возьми, Синнер имел в виду, когда сказал не спать посреди комнаты? Не то чтобы здесь был широкий выбор доступных коек.
Мужчины захватили почти каждую, особенно те, что в углах, где чуть больше уединения, и никто не предлагает уступить свое спальное место. Может, они и боятся Синнера, но рыцарством точно не отличаются.