Душевыми, занавесками и всем прочим.
Я не свожу с него глаз. Впрочем, смотреть больше некуда. Кроме крохотного пространства между нами и его голой груди — остались только мы.
— Еще два дня, и ты отсюда выйдешь, — говорит один из них. — Правда собираешься через это пройти?
Синнер кладет одну руку на мою обнаженную талию, позволяя пальцам коснуться кожи. Я резко втягиваю воздух. Чертово тело, зачем так реагировать. Возьми себя в руки, Афина. Он просто ждет, когда они уйдут, и свалит сам.
Синнер ведет себя так только потому, что он собственнический козел. Обязался пройти со мной Притязание. А значит, не хочет делиться. Ничего личного.
— Да, видимо, да, — отвечает он, а сам пристально смотрит мне между бедер.
В ответ его мышцы сжимаются еще сильнее. Черт.
Он точно знает, о чем я думала до их прихода. Уверена. Потому что он думал о том же. Вижу это в том, как он пожирает меня взглядом. Чувствую в крошечном импульсе ниже пупка.
Когда он берет меня за запястья, я не сопротивляюсь. Как и когда он отводит их от моей груди.
Я в его власти и даже не пытаюсь бороться. Какая же дура.
Жду, что он засмеется, отпустит грубую шутку и уйдет. В конце концов, он меня ненавидит. Это было бы в его духе. Но он не делает ни того, ни другого.
Синнер делает долгий вдох, и, клянусь богом, слышу, как дрожит его грудь.
Вода горячая, но прохладный воздух на коже заставляет соски затвердеть. Ну, и, конечно, расстояние в несколько сантиметров, что отделяет мое тело от Синнера.
Когда его огромные руки начинают ласкать мое тело, кусаю губу, чтобы не издать ни звука. Он сжимает изгиб моей талии одной рукой, а другой накрывает грудь, подушечкой большого пальца дразня сосок.
Грудь вздымается, дыхание учащается, — смотрю на его лицо, отчаянно желая увидеть реакцию. Хочу знать, насколько его опьяняет вид моего обнаженного тела.
Потому что я, черт возьми, точно пьяна от его прикосновений.
Пока он ласкает мою грудь, и горячая вода отскакивает от его тела, те парни остаются в полном неведении. Это очень неправильно.
Надо остановиться.
Я должна его остановить.
Но прежде чем нахожу в себе силы, он опускается на колени, и все разумные мысли покидают меня. Синнер достаточно высок, и в такой позе его лицо оказывается на уровне моего пупка.
Если раньше я чувствовала себя уязвимой, это ничто по сравнению с тем ощущением, что прокатывается по мне, когда он так близко к моему обнаженному телу.
Хотя его голова уже была у меня между бедер, на мне всё еще была одежда. Черт, тогда даже было белье, пусть и не совсем на нужном месте.
Но сейчас? Я полностью обнажена.
Никто никогда не видел меня такой раньше.
И он это знает.
— Тихо, — шепчет Синнер у моего живота.
Таков, черт возьми, и был план.
— Позволь мне позаботиться об этом.
Когда он закидывает мою правую ногу себе на плечо, то я едва сдерживаю крик. А когда целует низ живота, прямо под пупком, мои ноги дрожат.
Он удерживает меня, — сильные руки легли на талию, поддерживая, пока ведет губами вниз по бедру, от живота к ноге.
Боже, я полностью в его власти.
Так отвлечена его руками, что не сразу понимаю: те парни снова замолчали.
— Поверь, — бормочет он, касаясь губами моей плоти, — она будет согласна.
Самодовольный козел. Отрываю голову от стены и зло смотрю на него. Он не замечает. Слишком занят, погружаясь в мой центр. Сначала Синнер медленно облизывает меня, заставляя тело вздрогнуть.
С ладонью, прижатой к моему животу, он делает это снова. Движения остаются медленными, сдержанными. Он мучительно нежен. Пожирает меня языком, отправляя в состояние, которое можно описать только как эйфорию. Каждое движение зажигает изнутри, тело сотрясается. Слава богу, нога всё еще перекинута через его плечо. Иначе я бы рухнула на пол.
А потом он добавляет палец.
Мгновенно нарастающее давление меня возносит. Через секунды я уже готова сорваться за грань. Но меня выдергивает из ощущений звук раздвигаемых занавесок.
Его приятели выключают воду и направляются к стопке чистых полотенец снаружи.
Синнер не останавливается. Совершенно спокойный, не обеспокоенный тем, что нас могут застукать, он скользит пальцем внутри меня и снова и снова ласкает вершину языком.
— Ты так давно не занимался сексом, что, наверное, забыл, как это делается, — говорит один из парней.
Синнер на миг замирает и улыбается, касаясь губами моего бедра, так что меня пробирает дрожь.
— Думаю, разберусь.
— Будь осторожен, — хмыкает другой. — Кто знает, сколько парней успели попробовать ее. На девственницу не очень-то похожа.