— Конечно, читать книги на диване, а потом устраивать дискуссии на научные темы и брызгать умными словами, может каждый, а вот когда нужно поработать мышцами — что-то нет желающих.
Макс улыбнулся, каждый раз он предлагал перед походами сходить друзьям в тренажерный зал или хотя бы посетить скалодром. Нет, не хотят, говорят, это не их конек. Просто лентяи, не хотят трудиться, тело напрягать. Им, видите ли, трудно. А потом ноют в походах, что устали, что все болит и отваливается.
— Мы бы поработали, если бы у нас с Молечкой эти самые мышцы, которых у тебя в избытке, имелись, но так уж случилось, что мы головой больше работаем, чем другими местами, да и слава Богу, без наших знаний ты бы тоже далеко не продвинулся. Мы тебя дополняем.
— Хм, каюсь, иногда вы попадаете в точку. Но знания — это лишь представления, они не заменят реальных людей рядом. Моля, не обижайся, хочешь колдуй, хочешь-нет, я все равно не верю в твои чудачества. Ты правильно сказала, вся эта хрень не для меня, потому что я из другого теста слеплен, из реального, — Макс обнял по-дружески девушку, — но без тебя поход не поход, ты как мост между мной и Филином, уравновешиваешь нас, что ли. Гибкость в тебе есть и смекалка. И не бесишь ты меня, как другие бабы. Вернее бесишь, но не все время. Да и башка у тебя светлая, вон сколько всего знаешь, мне даже один язык не осилить за всю жизнь.
— Максик, ну ты и подхалим, ты тоже на меня тоже не дуйся, я все про тебя давно знаю, без подробностей, конечно, я так низко не падаю, чтобы в чужом белье копаться. И не переживай, я за тобой не следила, мои наблюдения носят общий эмпирический характер, но их мне достаточно. Я тебя впустила в свою жизнь, я доверяю тебе и Филе, как себе, и это не случайность. У меня больше друзей нет.
— А я вот точно знаю, что мы нужны друг друга в экспедициях и это здорово, — профессор расплылся в улыбке. На его щеках появились обаятельные ямочки.
Все трое обнялись и мир наконец восстановился. Всем нужно было выпустить пар, а потом почувствовать собственную значимость в чужих глазах. Этот ритуал не менялся несколько лет и означал он только одно — все они были согласны на новый поход и их переполняла решимость найти очередной артефакт. Но и не это было самое главное, возбуждал сам процесс, поиск, неопределенность. Даже возможная опасность щекотала нервы. Кто же откажется от такого интересного путешествия вдали от города и цивилизации?
— Моля, а как у тебя дела с работой? Нашла что-нибудь стоящее, помощь нужна? — Макс переживал за подругу и не одобрял ее скитания по офисам. Он не понимал почему ее постоянно увольняли, хотя иногда она и сама уходила. Но ему некогда было вдавался в подробности.
— Нет, помогать не нужно. Все прошло, как всегда. Я нашла работу и меня тут же уволили.
— Может мне разобраться с твоим нанимателем? Он к тебе приставал? — Макс нахмурился.
— Нет, это я не выполнила его приказ. Сама виновата. Босс был очень крутой. Такой красавчик. Он даже не смотрел в мою сторону, — девушка рассмеялась, — мы с ним не сошлись характерами. Я нарушила две его главные заповеди. Не суй нос куда не надо и будь пунктуальна. Я почти два дня продержалась.
— Ну, это антирекорд, — Макс был рад, что Молю уволили, он не хотел видеть рядом с ней никаких мужчин. Особенно красавчиков.
— На самом деле я проработала полтора дня, а остальное время я незаконно просидела на своем рабочем месте. Босс был так занят, что не успел меня выгнать вовремя. Это хорошо, что меня уволили. Теперь я могу спокойно готовиться к экспедиции и отпрашиваться не придется. Макс, а ты ничего не замечаешь?
— Нет, а что? Ты перестановку в комнате сделала?
— Понятно, проехали, чего добивалась, то и получила.
— Филин, я что-то не то сказал? — Макс повертел головой, — все стояло на своих местах. Убитая мебель в комнате не менялась годами.
— Макс, дружище, даже я — человек науки, заметил, что, наша подруга стала квадратной и плоскогрудой.
— Это как? — Макс оторопел, уставившись подозрительно на девушку.
— А так, ты просто в ней женщину не видишь. А ты присмотрись, она на талию поролон намотала, а груди бинтами затянула, чтобы не вырисовывались. Вот и стала квадратной.
— Это зачем еще? — Макс нахмурился. Он не любил много думать и догадываться.
— Конспирация, у нее внедрение было в секретную фирму, без поролона никак, — Феликс улыбнулся, иногда Макс его просто поражал своей недалекостью и, так сказать, узкопрофильностью.
— Молька, тебя никто не обижал? Ты это сама на себя напялила или кто заставил?