— А о нас, лэр Арим, ты забыл? Мы те, кто воздержался, наши два голоса могут изменить все, но мы хотим лично убедится, что происходит. Почему Киан, который все три века отличался благоразумием и уже лет через сто мог войти в совет жрецов, вдруг стал поступать иррационально? Сначала он отказался жениться, а потом, прибыв отбывать наказание на Землю, тут же нашел девушку, с которой захотел связать себя узами брака. Но и не это нас обеспокоило, его мотивы ясны как тысяча солнц — он решил нас шантажировать. Это мило, но вполне объяснимо. Никто бы из нас не хотел задержаться на этой планете надолго. И все бы решилось тихо, согласись, Киан, на свадьбу с выбранной ему девушкой. Мы бы вернули его назад и дело бы замяли. Но он поставил Совету немыслимое условие, решив вернуться назад только с земной девушкой, которую сам выбрал в себе в жены. Не кажется ли тебе, лэр Арим, что дело требует тщательного расследования? И спешка здесь не уместна. Поэтому мы воздержались от голосования. Мы должны быть мудры и терпеливы в поисках истины, — лэр Кариан и лэр Торр обменялись понимающими взглядами. Они любили создавать оппозицию лэру Ариму просто так, чтобы развлечься и внести немного разнообразия, в их монотонную многовековую жизнь, в которой было мало стоящих событий, на которые можно было потратить скупые эмоции. На самом деле все они всегда действовали по регламентам, никак лично не участвуя в судебном процессе. Даже отправляя людей на планеты, где их ждала мучительная смерть, они никак не реагировали. Все эмоции остались далеко в прошлом. Долголетие имело один большой недостаток и звался он скукой. И сейчас, чувствуя, как оживился, даже помолодев внешне, лэр Арим, они еще больше захотели продлить интересную игру. Несколько веков никто их трех них, старейших жрецов, не чувствовал азарт. И эти ощущения были непередаваемы. Тем более повод был более чем достаточный для вмешательства и временной конфронтации — один из двухсот жрецов, правителей планеты, решил сам нарушить закон. Да еще и как! Это было самое интересное событие в маленьком застойном мире правителей за последние несколько веков. Лэр Кариан и Лэр Торр уже несколько недель не ходили по дому в черных туниках, к которым привыкли. Чтобы не выделяться среди землян и не привлекать внимание, они переоделись в обычную одежду, принятую среди землян, и чувствовали себя при этом не очень комфортно. На них были одеты рубашки с длинным рукавами и обычные голубые джинсы. Всю одежду они заказали себе в интернете и были рады, что курьер буквально через несколько часов привез весь заказ в загородный дом, который они арендовали на несколько месяцев вперед. Киан жил вместе с ними, под их тщательным контролем. Собрать четырех жрецов под одной крышей, было очень опасным и непредсказуемым экспериментом. Все мужчины отличались нетерпимостью и агрессией. И если жрец Кариан и жрец Торр еще могли как-то вдвоем общаться, так как давно разобрались с собственными амбициями за много веков и скорее напоминали приятелей, терпящих друг друга, то жрец Арим был не сильно настроен дружелюбно. Он мысленно считал себя главным среди равных, и хотел сам решать судьбу Киана, тем более что тот был его любимым учеником. И это было его личной привилегией наказать или простить бунтаря. Но Кариан и Торр, назло ему сами вмешались в процесс поиска истины и прибыли с ним на Землю, чтобы вставлять палки в колеса и по своему усмотрению решать судьбу его любимого ученика. И если Арим говорил, что Киана нужно наказать, чувствуя и на себе, как главном его учителе и наставнике, ответственность за проявления непозволительной вольности и непокорности своим учеником, то Кариан и Торр, просто из противоречия не хотели с этим соглашаться, оттягивая время их возвращения домой и время принятия решения. Они просто развлекались в чужом мире, проводя дурацкие опыты по изучению местных традиций. Но если высшие жрецы просто спорили день изо дня об одном и том же, то Киан просто изнывал от бессилия и запрятанного гнева. По агрессии и проявлении доминантных черт характера, которые ему достались от его биологического отца, Киан мог поспорить со всеми тремя жрецами вместе взятыми. Тем более, если высшие лэры просто боролись со скукой, зная в конце концов, что вернут непокорного молодого собрата домой, даже против его воли, то Киан отчаянно сражался за свою любовь и за свою женщину. Дух настоящего воина заставлял его действовать решительно, не оценивая последствия, что шло в противовес самой сути жреца. Такие противоречия вызывали бурю эмоций, на которые Киан был раньше не способен. Он разбудил внутри себя зверя, которому нужно было быть рядом с любимой женщиной. Неуравновешенный жрец — плохой жрец. Это понимали все присутствующие в доме с Кианом. И после нескольких его смелых выступлений и даже небольших сражений и попыток побега, высшие жрецы на время следствия полностью заблокировали его силу, заставив Киана смириться со своим положением и усмирить на время свою гордыню и боевой пыл. Три высших существа на планете могли не только перемещаться в межгалактическом пространстве. Они могли, если бы захотели манипулировать всеми остальными жрецами, лишая их силы, но зачем им этим заниматься? Такая безграничная власть могла свести с ума любого, даже самого мудрого правителя. Поэтому все трое носили на своем теле ограничители, не дающие в полной мере воспользоваться своими силами. И каждый из троицы контролировал двух других. Существовала клятва трех, которая обязывала тут же убить жреца, если тот посмел снять ограничитель. Без суда и следствия. Строгие ошейники нужны всем, даже полубогам.