— И какие качества ты ценишь в мужчине?
— Те, которые у тебя в зачаточном состоянии находятся. Тут не о чем говорить.
— Да, у твоего дружка Макса все недостающие мне качества, как на ладони просматриваются. Такого морального урода еще поискать нужно. Овечкой прикидывается, а у самого волчья морда, только ты же дальше своего носа не видишь. Святошу из себя строишь.
— А причем здесь Макс, ты его не знаешь.
— Да ты сама ничего о нем не знаешь. Вот скажи, чем он в прошлом занимался, как сейчас на жизнь зарабатывает, с кем живет и где? Что молчишь, Макс твой — темная лошадка, пудрящий тебе и Филе голову.
Моля задумалась, если о Фильке она знала все, то Макс всегда отделывался какими-то расплывчатыми рассказами о своей жизни. То где-то исчезал, то появлялся.
— Это мой друг, а у тебя, сухаря и такого нет. Филя и Макс — они мои защитники и друзья, поэтому ты и бесишься. Я им доверяю, а ты здесь лишний. Уезжай и оставь нас в покое.
— Ага, твой защитник сейчас швы на лицо накладывает, а ты его вот спроси, почему мы подрались?
— И спрошу, не твое это дело.
Моля поняла, что разговор не получится. Не хотелось в такой обстановке рассказывать о книге и просить помощи. Ладно, как-нибудь сама справится. Она застегнула куртку и не проронив ни слова вышла из домика. Плохой из нее переговорщик. Осталась ни с чем, только душу разбередила. Ничего, она сильная, она и сама справится. Только проблем с каждым днем все больше и больше становится, а помощи ждать не откуда.
Киан не спешил бежать за девушкой. Он не мог успокоиться. Неужели она такая наивная, что не понимает, кто такой Макс? Да в нем же и капли нет доброты и сожаления. Сколотил свою стаю, и манипулирует доверчивым профессором и бесхитростной девушкой. Они его другом считают, защитником, а он просто выжидает удобного момента. Но зачем, зачем ему нужна эта компания? Он же волк-одиночка, идущий по трупам. Киан уговаривал себя не лезть в чужие отношения, но тут же находил повод, оправдывающий его интерес к жизни девушки. Ему было непонятно, что связывало трех не похожих друг на друга людей, и что они могли все вместе делать в такой глуши? И если Моля не желала с ним спать, то что же она хотела? Девушке не нужны были ни деньги, ни работа, ни секс с ним. Киан чувствовал, что Моля хотела попросить его о чем-то, но так и не решилась озвучить свою просьбу, значит для нее это было очень серьезно. Она была не из робкого десятка и если намечала цель, то шла до конца. Жрец вспомнил, как она кинулась сегодня в его объятия. Она тряслась от страха и видела только в нем единственного защитника. Она выбрала ни Макса, ни Филю, а именно его. Но кто ей мог угрожать в таком безопасном месте? Киан почувствовал беспокойство. Вместо того, чтобы выслушать и поговорить, он набросился на нее с безумными поцелуями. А все из-за того, что страстно ее желал и уже не один день. Сейчас наедине с собой он мог честно в этом признаться, понимая, что с каждым днем накал его страсти будет только возрастать, пока он не удовлетворит все свои желания. Не в его природе было воздержание. Сегодня он подрался с Максом, а что будет завтра? Нет, он должен переспать с девушкой, всего один раз и наваждение исчезнет. Все просто. Но прежде он узнает, кто так напугал Молю и убьет этого урода, или просто отморозит часть тела, это наказание будет по страшнее смерти.
Глава 8
— Зачем ты его позвал с нами в баню? Ты что, совсем сбрендил? Ты посмотри, как он меня сегодня разукрасил, и ты думаешь, что я буду с ним парится в одной парилке? — Макс орал на Филю уже пол часа, Моля лежала на своей кровати и молчала, уставившись в потолок. Филя заварил кашу, вот пусть и расхлебывает.
— Я тебе десятый раз объясняю, что это стратегический ход. Не все вопросы можно решить мордобоем. Ну выведешь ты из строя Киана, так он пошлет к нам своего помощника, как его, Матвея. А так мы сразу все решим. Напоем его, язык развяжем и выведаем его намерения, а заодно на ночь его, голубчика, выведем из строя. Он и не заметит, как отключится. Это шикарный план. А ты и так чуть все не испортил. Зачем драться полез? Спасибо Молечке, что развела вас драчунов в разные стороны. А то бы еще и с участковым пришлось разбираться. Посидел бы под арестом девять суток — по-другому бы запел. Мы делом приехали заниматься, получим деньги и делай, что хочешь. А сейчас не смей нас подставлять, — Профессор тоже орал, он умел не давать спуску, когда чувствовал, что его гениальные планы рушатся.