Взяв полотенце, он направился в ванную на втором этаже, слыша, как внизу разговаривают негромко Ингис с сестрой. Спускаться к ним показалось невежливым. На улицу тоже не тянуло, ну его, этот Запретный лес и всех фамильяров в придачу! Жалко стало, что не прихватил с собой книгу, но кто же знал, как всё повернётся.
От нечего делать, лёг на кровать не раздеваясь. После сытного ужина и дармовой силы от Тёмного Лорда в теле ощущалась приятная усталость. Подумал, что хорошо бы выяснить, что от них с Джерри хочет странный тип Даркер. Потом подумал о Вилли, о её тонких красивых пальцах и самых прекрасных ножках в мире. О её доброй улыбке и всегда хорошем настроении. Никогда он не видел Вилли сердитой или раздражённой. Печальной бывала, несчастной тоже - после той ужасной встречи с матерью, когда Сэльма при виде дочери отшатнулась от неё с отвращением. Но и тогда Вилли не плакала, просто разом перестала о ней говорить, да и никаких других родственников больше не упоминала с мечтательным видом. Но он-то видел, как ей плохо тогда было, несмотря на добрую улыбку. Но это были единичные случаи.
Митч сам не заметил, как задремал. Но сон у него был очень чуткий. И проснулся среди ночи он неспроста. Дар легко откликнулся, сканируя окружающее пространство. Морн спал, Вилли тоже спала, а вот это мелкое существо проснулось, хоть и молчало.
Стараясь ступать бесшумно, Митч тихо спустился вниз, потому что не откликнуться на ментальный отчаянный призыв просто не смог.
Вилли спала на низком топчане рядом с детской кроваткой. А вот малыш Марволо блестел в полутьме несчастными глазками, сердито сопел и спать не собирался. А главное, даже не пискнул! Рядом на столе стояла полная бутылочка. И Митч, воровато оглянувшись на дверь, взял тёплую на ощупь бутылочку и сунул в жадно открывшийся ротик малыша несуразную соску.
Присосался к ней младенец на славу. Не выпускал, пока не выпил всё до капли. После чего блаженно закрыл глаза и задрых.
Митч снова не взглянул на Вилли, осторожно вышел и поднялся к себе на чердак. Зевая, улёгся и на этот раз спал уже до утра. Никто не потревожил.
Утром они наспех собрались в несусветную рань. Хорошо, камин уже работал. Переместились на почту, а потом дошли до конторы, прихватив в кафе пакет пирожков. Надо было отблагодарить Джерри за то, что подменил.
Вилли только вздыхала со счастливым лицом, ничего не говорила почти. Митч угрюмо думал, что теперь запряжёт её Морн, будет работать нянькой, пусть и у собственного брата. Ей бы своих, трёх, а лучше четырёх, но когда они оба станут взрослее. Митч был не против большой шумной семьи. И собственного дома, такого же, как у Морна. Ну а что, они с Джерри откладывают почти все деньги на это дело. За пару лет приличная сумма должна скопиться.
- Не поверишь, с кем я вчера ужинал! - вошёл Митч в их квартирку. - Обалдеешь точно.
Джерри лениво оторвался от газеты и ухмыльнулся:
- С Тёмным Лордом?
- Хватит в мою голову лезть! - рассердился Митч. И улыбнулся, когда у Джерри буквально отвалилась челюсть. - Ладно, угадал.
- Да ты... Где? Как? - газета была забыта, а Митч с удовольствием растянулся на кровати, предвкушая рассказ о безумных вчерашних приключениях.
Всё-таки не зря он пошёл с Вилли к её брату. Правда, он бы в любом случае её одну не отпустил, так что это просто судьба. Внукам будет рассказывать.
***
День у Таши не задался с самого начала. Мало того, что утром встретилась с Магнусом Ноттом, так ещё днём побывала у Блэков, а вечером и вовсе оказалась в Запретном лесу в обществе Ингиса Морна и его темнейшества мистера Реддла. В голове это всё укладывалось с большим трудом. Когда она успела так засветиться, сама того не желая?
- Да уж! - Бен Сметвик откинулся на спинку кресла в своём кабинете, бескультурно положил ноги в дорогих сапогах прямо на стол и закинул руки за голову, словно собрался как минимум расслабиться, а как максимум вздремнуть прямо здесь. - Насыщенная у тебя жизнь, подруга. Аж завидно. Итак, сезон обливания жилетки слезами объявляю открытым. Начни с Магнуса Нотта и поведай доброму дядюшке Бену все подробности встречи и свои мысли, даже самые грязные!
- Самые грязные? - повторила она скептически.
- Особенно самые грязные, - хмыкнул Бен и добавил сурово: - Не забывай, что я целитель, и ничто человеческое мне не чуждо! Выкладывай всё-всё, иначе толку не будет вовсе.
- Я постараюсь, - не слишком уверенно ответила Таша, глубоко тронутая его намерением ей помочь.
Пусть даже толку от этого не будет, но она и правда уже не могла или не хотела держать всё в себе. А Бен действительно был из тех людей, кто никогда не станет перемывать косточки своим пациентам. Он даже про свои отношения с невестой никогда не рассказывает, отделываясь общими фразами. И самое существенное в их отношениях Таша только от Аннет Скримджер узнавала, которая была очень здоровой личностью и своих чувств не стеснялась. И Таша даже немного ей завидовала по-хорошему. Здорово всё же расти в большой дружной семье.