Отсчёт пошёл. До часа икс оставалось совсем мало времени. Геллерт улыбнулся и вытянулся на постели в полный рост, сунув руки под голову. Пусть спать спокойно ему не суждено - слишком многие являлись во снах, взывая об отмщении - но жить иначе шанс появился. Живёт же Фламель уже мерлинову прорву веков, наслаждается малым, имея за душой уж не меньше погубленных жизней. А он чем хуже? Вот то-то. Он устал и хочет покоя.
А ещё бы Альбусу взглянуть в глаза. Просто так.
Глава 58
Человек, прошедший краем небольшого магловского селения, привлёк к себе внимание местной детворы прежде всего тем, что нёс в руках, нежно прижимая к себе, бледно-рыжую встрёпанную кошку. Одет он был в дорожный плащ, подбитый мехом, высокие грубые сапоги и непрезентабельную на вид старую широкополую шляпу. Ему можно было дать лет тридцать пять – сорок, ещё не стар, но вид говорил о непростой жизни за плечами.
Лицо обветренное, крючковатый нос, глубоко посаженные глаза, острый и недоверчивый взгляд.
Мужчина направлялся к местной речке, в которой вода оставалась ледяной даже в самые жаркие дни лета. Сейчас речка покрылась льдом, и детишки устроили себе горку, скатываясь с крутого берега на разных приспособлениях и санках прямо на середину реки. Они-то и заметили мужчину, с мрачным видом прошедшего по берегу и вступившего в небольшую рощу чуть дальше по дороге. Там росли два дерева, образующие небольшую арку между собой. Поговаривали, что тот, кто пройдёт сквозь эту арку, станет самым сильным и умным.
Мальчики пробовали — и не раз, ничего не происходило. Наверное, и незнакомец хотел стать умнее и сильнее, потому что тоже вошёл в эту арку. Но вот незадача, с другой стороны он так и не вышел.
— Я тебе говорю! Он пропал! — воскликнул вихрастый мальчишка, споря со своим приятелем. — Колдун, наверное!
— Скажешь тоже, — фыркнул второй. — Какой ещё колдун? Начитаешься своих книжек, вот и мерещится всякое! Там дальше кусты. Так? Он просто пригнулся и по кустам добрался до дороги. А за поворотом уже пошёл нормально. Всё просто!
Первый пожал плечами, оставшись при своём мнении, но спорить дальше не стал. Махнул другу подниматься на берег. Хотелось вдоволь накататься до темноты.
Аргус Филч слабо ухмыльнулся, слушая разговор мальчишек и, только убедившись, что проверять свою догадку они не побегут, дотронулся до неприметного сучка, увидел, как заколебался воздух в арке, и шагнул в неё уже с обратной стороны.
Миг — и он на узком длинном плато. За спиной осталось лишь обозначение арки на голом камне. Но как выйти, Филч знал: просто пройти сквозь неё, точно так же, как на платформе девять и три четверти.
На узком плато, бегущем вдоль высокой горы, было ветрено, в нескольких шагах впереди начинался обрыв. Красота отсюда открывалась необыкновенная: высокое небо, красноватые и серые скалы вблизи и высоченные горы с седыми шапками вдалеке. А между горными грядами справа и слева расположилась долина драконов. Внизу справа виднелись человеческие жилища. Два высоких дома и три длинных барака сверкали красными черепичными крышами. Всякие сараи и пристройки Филч считать не стал. Подошёл к краю, высота головокружительная, и никаких ступеней или другого спуска, как ему и говорили.
Наверх тоже не взобраться, каменная почти ровная стена уходила куда-то в поднебесье.
Филч прошёл по своеобразному балкону вправо и вскоре обнаружил врезанную в стену массивную дверь с небольшим окошком посередине. Дальше балкон обрывался небольшим тупиком. Там стоял одинокий стол, за которым прямо в камне была выбита массивная скамья. Прямо-таки квадратная терраса со стороной около семидесяти футов.
Летом там, наверное, хорошо: попивать прохладное пиво и отдыхать от праведных трудов. Нависающий козырёк в виде куска скалы, похожий на огромный кулак с вытянутым пальцем, указывающим на долину, защищает от солнца. Столик и сейчас находился в тени. Но желания присесть на ледяную скамью в данный момент не возникало, хотя ноги уже гудели от долгой ходьбы.
Аргус вернулся к двери и постучал висящим рядом молоточком, но ответа пришлось ждать долго. Он засунул кошку под плащ и плотнее его запахнул, закрывая воротом лицо от колючего злого ветра. Скоро и красоты перестали радовать, руки без перчаток озябли, а ногами пришлось притопывать, чтобы хоть как-то согреться.
Наконец со скрипом отворилось окошко, не прошло и получаса. Оттуда высунулась лохматая голова молодого парня. Неприязненно оглядев Филча, он хриплым голосом осведомился: